Книга С праздником! 8 Марта. Рассказы о любви, страница 96 – Елена Арсеньева, Дарья Донцова, Юлия Набокова, и др.

И захохотала.

Подруги переглянулись, мигом поняв злодейский замысел мстительной Наденьки. Мало того, что она предательски перешла на сторону администрации; мало того, что притащилась в гости незваная; мало того, что испортила головам Змеи Горыновны настроение, практически вынудив их выпить – и забыть о времени; мало того, что споила мужчин и испортила праздник – она ещё и без них пела их любимую песню!

Да уж, хан Мамай по сравнению с Наденькой был просто мальчиком из церковного хора…

— Ну ладно, девчонки, – сказала Наденька, выбираясь из-за стола и направляясь в прихожую. – Пельменей я ждать не буду. Меня ещё Эммочка в гости ждёт… вот тут шампанское и пригодится!

Эммочкой звали ещё одну верную администрации редакторшу. А шампанское… на столе обещанного Наденькой шампанского не было. Значит, она утащит к Эммочке именно ту бутылку, с помощью которой втерлась в доверие к Шурочке, Мурочке и Алёнушке?!

И всем троим вдруг до дрожи захотелось выпить шампанского. Советского! Сладкого! Шибающего в нос, как газировка! Лучшего на свете!

Они не пили шампанского с самого Нового года!

И теперь Наденька его унесёт?!

Подружайки дружно рванулись к обманщице, Наденька приняла боевую стойку… однако в это мгновение послышался треск разбившейся посуды, и три девицы испуганно обернулись к столу.

Головы их супругов лежали в тарелках. Сами обладатели голов спали крепким пьяным праздничным сном. Волосы Василия-второго и Мишани были живописно обрамлены салатами-винегретами, но особенно сюрреалистично смотрелась голова Долгополова – в кольцах лука и ломтиках тряпично-мягкого сига.

— Картина Верещагина «Апофеоз войны», – мрачно изрекла Алёнушка, знаток изобразительного искусства.

— Очень похоже на Змея Горыныча после не-удачного боя, – прокомментировала Мурочка.

— Таясь, проходит Саломея с моей кровавой головой, – ехидно добавила Шурочка, страстно любившая Блока.

И три подруги, которые славились чувством юмора, помогавшим им преодолевать всё и всяческие житейские трудности, громко захохотали.

— Кстати, а где эта пакость Наденька? – наконец спохватились они, отсмеявшись, и бросились в прихожую, но там было, конечно же, пусто.

Выскочили в кухню, выходящую окнами во двор, и увидели вышеназванную пакость, которая проскочила в арку и скрылась с глаз.

Ну что? Пришлось смириться с реальностью: вынимать из тарелок мужей, приводить их и стол в приличное состояние, варить пельмени, кормить детей – и вообще, настало время самим поесть и выпить. Однако не пилось, не елось и не пелось. Праздничный день тянулся уныло, как самые будние будни. Всё-таки Наденька совершила своё чёрное дело!

И вот настал вечер. Проспавшиеся мужья отправились искупать вину мытьём посуды. Дети сели перед видеомагнитофоном – смотреть фильм «Три мушкетёра», а девицы, которым этот фильм уже порядком осточертел, решили выйти прогуляться. Головы у всех болели: самогоновка-долгополовка аукалась!

С улицы Ленина, на которой жила Алёнушка, они спустились на Уссурийский бульвар, потом поднялись на улицу Карла Маркса, опять спустились – на бульвар Амурский, а оттуда поднялись на улицу Серышева. Хабаровск издавна называли «три горы – две дыры», именно поэтому наши подруги то спускались, то поднимались. Нечего и говорить, что всю дорогу девушки ожесточённо мыли кости Наденьке.