Онлайн книга «Свадьбу делать будем?»
|
Елена Настова Идеальная пара — Я поверить не могу, что она выходит за эту мышь! – говорила Катя Зимина, натягивая колготки. – Зачем он ей нужен?! — «Мышь» – слово женского рода, а этот Вадик все-таки мужчина, – глубокомысленно ответствовал Катин муж Илья. Он разложил кашу по тарелкам и резал бутерброды. – Мужичок – не соломки пучок, на дороге не валяется. — И дурацкая, я тебе скажу, философия! – возразила Катя. – «Ты лучше голодай, чем что попало ешь…» Люстру везите аккуратнее, вот тут мой пакет с платьем, Машу во что одеть – висит на стуле вверху, Даша сама оденется. И не опаздывайте! — Мама, там будет змея? – завопила со второго этажа Маша. — Какая змея?! – раздраженно крикнула Катя. — Тетя Люся сказала: «Выйду замуж, тогда эта змея умоется!» Там, что ли, будет зоопарк? Змеи правда умываются? А как – хвостом? Она кусачая? А потрогать дадут? – тараторила, спускаясь, Маша. — Маша, это шутка! – громко ответила Даша. — Нет, тетя Люся говорила про настоящую змею, – упрямилась Маша. – Про настоящую! — Мама, где утюг? Ты успеешь меня заплести? Ты когда уходишь? — Даша, шевелись скорее, тогда заплету! Не знаю, где утюг, на месте должен быть, я опаздываю! Машка, не трогай конфеты! Илья, смотри за ней! — Ты кричишь больше всех, – упрекнул Илья. — Божечки мои, я с ума сойду! – Катя, уже в юбке и блузке, схватилась за голову. Илья остановился. — А почему ты сразу платье не надела? Переодеваться там… — Это мой протест, – сердито сказала Катя. – Вот из-за таких Вадимов женщины становятся «я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик»… Я же не могу просто смотреть, как Люська себя гробит? — Если так, то конечно, – Илья улыбался. – Но, может, все не так ужасно, как ты думаешь? — На свадьбе увидишь, – пообещала Катя. Памятник возвышался на четыре с половиной метра, и издалека казалось, что бронзовая рука Великого князя благословляет Люсю и ее приятельницу Таню. Они смотрели, как Катя идет, а рядом на постаменте стояли бутылка шампанского и пластиковые стаканчики. Катя скосила глаза на свою черную юбку. Она будет отличаться от Люсиных гостей… Ладно, хоть блузка белая… — Упаришься в этом, – вместо приветствия сказала Люся, одетая в короткое белое платье. Взмахнула густо накрашенными ресницами – яркая, уверенная. Будто так и надо… — Я только на регистрацию. В кафе переоденусь. – Катя старалась говорить естественно, но отголосок упрека проскользнул в голосе. – Всем привет! — Привет-привет, – пропела Таня. – Девочки, до чего ж хорошо сегодня! Катя вздохнула. — Какие вы красивые… Отлично выглядишь, невеста. И платье удачное… Как похудела! — Специально для платья, – улыбнулась Люся. – А то я совсем отвыкла… Ну, за дело? Девичник я не собирала, поэтому давайте просто выпьем, пока есть время. В загс поедем без двадцати десять… Суббота, начало девятого утра. Центральная городская площадь почти пуста. Три женщины – всем за тридцать – у памятника Юрию Долгорукому напиваются шампанским из одноразовых стаканчиков. Нечего сказать, хороши пташки… ну, каково событие, такой и антураж! Катя потрясла головой, отгоняя хмурые мысли. — Мы тут без тебя пригубили… – шустрая Таня разлила шампанское. – Ну, Люсьен, за тебя! Живите счастливо, дружно, в горе и радости! — За тебя, дорогая! Пусть у тебя все сложится! |