Онлайн книга «Вечно ты»
|
Началась зимняя сессия. Нина Федоровна напомнила, какие студенты должны получить «отлично», и среди них, вот совпадение, оказался сын того самого главного психиатра, к которому они с Варей ходили на прием. Люда хорошо запомнила этого парня, хоть он радовал ее своим присутствием далеко не каждое занятие. Наглый, умный, но ленивый, знающий, что за ним всегда все поправят и везде подотрут, он в течение всего года вызывал у нее не самые приятные чувства, а теперь, когда она выяснила, чей он сын, стало противно вдвойне. В своей преподавательской деятельности Люда опиралась на суворовский принцип «тяжело в ученье – легко в бою». В течение года она старалась не только дать побольше материала, но и утрамбовать его в студенческих головах с помощью контрольных и самостоятельных работ, которые проводила каждое занятие, и спрашивала довольно сурово. Но на дифзачете она не скупилась на хорошие оценки, всегда округляла в лучшую сторону. Поэтому натяжки «нужным» студентам редко вызывали у нее угрызения совести, она точно так же завышала и обычным ребятам. Если те честно ходили на занятия, вели конспект и писали контрольные, то имели все шансы получить «отлично», даже если делали ошибки. Так что она бы поставила «отлично» с легким сердцем, если бы парень знал латынь хотя бы на «удовлетворительно» с минусом. Или если бы не знал, что у него все схвачено. Или если бы делал вид, что не знал. Только он вел себя в точности как его вальяжный папаша, сидел и ухмылялся, мол, поставишь, куда ты денешься. Господи, как хотелось влепить ему трояк! Не двойку, чтобы он пересдал ее на «отлично» у более доброжелательного препода, а именно «удовлетворительно». Испортить зачетку этому самодовольному парню, а потом улыбнуться так же приторно, как его папаша, и сказать: «Вы знаете латынь на «три». Смиритесь с этим». Как хотелось… Но нельзя. Лев в заложниках. Родительская любовь – очень сильное и энергичное чувство, психиатр сурово накажет Льва за эту маленькую Людину месть. Рука с трудом вывела «отлично», и весь день потом у Люды на душе было не просто тяжело, как обычно, а по-настоящему тошно. Спускаясь по эскалатору после работы, Люда раздумывала, куда поехать, домой или к Варе. Ключи от квартиры Льва у нее были, и Варя просила заходить почаще, и хотелось Люде к ней, но долг звал домой. Она и так два вечера подряд пропадала у Дщери, за это время накопилось много разных хозяйственных мелочей. Только заняться уборкой не пришлось. Вся семья была в сборе, и не успела Люда войти и снять сапоги, как от нее в очередной раз потребовали порвать все отношения со Львом и Варей. — Ты понимаешь, что губишь всю нашу семью, – кричала мама, – уничтожаешь не только свою жизнь, но и жизнь каждого из нас! И ради чего? Люда промолчала. — Сама ничего не добилась, так наши достижения решила под откос пустить? – Вера засмеялась своим новым пугающим лязгающим смехом. – Ни себе ни людям? — Ничего не понимаю… — Я сегодня получила выговор, спасибо, – мама перевела дух и перешла на ледяной тон: – Мишина жена отчитала меня как девочку, и, впрочем, за дело! Получается, я действительно не сумела объяснить своей младшей дочери некие базовые понятия. — Действительно, Люда, обращаться к Мише через мою голову было не очень красиво, – вздохнул папа. |