Книга Новая сестра, страница 43 – Мария Воронова

Быстрым легким шагом прибежала Элеонора Сергеевна, улыбнулась Кате, мимоходом погладила ее по плечу своей большой теплой рукой, подошла Павлова. Чтобы попасть в операционный блок, ей пришлось снять платье, надеть халат прямо на белье, и из разреза выглядывали костлявые коленки в старушечьих нитяных чулках цвета мокрого песка.

Последним вошел Стенбок, хмурясь и плотно сжав обветренные губы. К этому моменту Кате уже сообщили, что это начальник клиник, сухарь, грубиян и редкая сволочь.

— Итак, – произнес он, – я все еще не хочу произносить громких слов, но налицо как минимум недобросовестное исполнение своих обязанностей. Татьяна Павловна, расскажите, пожалуйста, почему вы саботируете такое необходимое дело?

— Я уже объяснила.

— А я объяснил, что ситуация с младшим персоналом крайне сложная. Санитарок нет, взять негде, а окна должны быть на зиму закрыты.

Старшая фыркнула:

— Абсолютно с вами согласна. Но поскольку это в обязанности сестер не входит, то проблема ваша, а не моя.

— Элеонора Сергеевна, прошу вас… – Стенбок сделал странный, но явно очень старомодный жест, наверное, такой же автоматический, как Катин книксен, – объясните, как вам удалось выйти из затруднения, не прибегая к саботажу.

— С трудом, Александр Николаевич, с большим трудом! Вы меня простите, пожалуйста, но тут я целиком и полностью на стороне Татьяны Павловны, – сказала Воинова негромко, но решительно, – потому что если мы так и будем сами затыкать все дыры в прямом и переносном смысле, то наша работа превратится в профанацию. Вы можете презрительно называть нас белоручками, но нам быть таковыми по должности положено! Труд санитарки тяжелый и опасный для рук, между тем я не имею права допускать к работе хирурга и сестру, если у них на руках есть открытые раны. Это чревато тяжелыми инфекционными осложнениями вплоть до сепсиса как для них самих, так и для их пациентов. Допустим, сестра бросится на амбразуру, вымоет и законопатит окно, а сама занозит палец. А через три дня встанет на банальную грыжу, потому что мне некого будет поставить другого, ибо с сестрами у нас тоже дефицит. В итоге мы получим тяжелую флегмону, после которой пациент если выздоровеет, то не избавится от грыжи, а получит гораздо более обширный дефект брюшной стенки. Или, допустим, добросовестный молодой хирург решит помочь сестре в героическом порыве, загонит себе под ноготь кусок краски, не заметит этого и пойдет вскрывать абсцесс или ампутировать ногу при гангрене. Очень высокая вероятность, что в следующий раз мы увидим его на гражданской панихиде, в красиво убранном гробу. Не слишком ли высокая плата за трудовой энтузиазм?

Стенбок пожал плечами, будто взвешивал на невидимых весах, а потом сказал:

— Технику безопасности необходимо соблюдать, это аксиома, которую никто не оспаривает.

— И для этого нам необходимо отказаться от черных работ. Простите, Александр Николаевич, я стараюсь не переходить на личности, но все же подумайте, если вы вдруг, не дай бог, окажетесь на операционном столе, приятно ли вам будет, если сестра станет подавать инструменты теми же самыми руками, которыми она за десять минут до этого мыла пол?

— Но вы тем не менее справились с задачей, несмотря на все эти, надо отметить, вполне убедительные резоны.