Книга Цветы молнии, страница 77 – Джей Тодд Скотт

Линнея просит «Алису» взять в красный кружочек шею Кайлы, чтобы показать… украшение – серебряную цепочку с кулоном в виде отполированного камня или минерала, испещренного прозрачными маленькими пузырьками, похожими на застывшие слезинки. Затем Линнея открывает фотографии, сделанные в туалете в кемпинге, где и нашли Кайлу, – тело привалено к бетонной стене, по которой, словно черные ангельские крылья, разбегаются выжженные узоры. Снимок до сих пор шокирует, пугает, но Линнею сейчас интересует только горло жертвы, и она выводит на экран еще одно изображение, с аутопсии, а с ним и список вещей, которые были на трупе.

Никакого кулона. Пропал.

— Кулон сделан из фульгурита, – поясняет Линнея, – этот минерал часто называют окаменевшей молнией. У Кайлы, похоже, был из спекшегося песка – такой появляется, когда разряд попадает в землю на пляже или в пустыне.

— Никогда не слышал. А что… красивый.

— Пожалуй. Фульгуриты встречаются по всему миру, но не слишком часто. – По экрану пробегают новые строчки. – Бывают двух типов: из камня и из песка, и оба получаются от удара молнии. По сути, это натуральное стекло, при нагревании превращающееся в мощный магнит. Размеры и формы самые разнообразные, зависят от разряда и от поверхности, куда попадет разряд. Некоторые люди наделяют фульгурит всякими волшебными свойствами, якобы он очищает от скверны и тому подобное.

Линнея просматривает уйму изображений минерала, показанных на экране, и они меняются, подстраиваясь под ее слова, будто искусственный интеллект все слышит. Бесконечная лента картинок.

— Вот камушек из Флориды, он длиной почти шестнадцать футов. – Линнея показывает на очередную зернистую фотографию. – А вот этот похож на фрактал, вон, с веточками.

Почти точь-в-точь как кружевные черные крылья Кайлы, как Мировое дерево Рио, как электрические отметины-перышки на теле Эбби.

Линнея давно заметила: ожоги на жертвах похожи на следы от настоящего удара молнии – на имитацию фигур Лихтенберга, что Линнея сфотографировала на руках Эбби и слишком поспешно списала на посмертные шрамы от какого-то непонятного шокера или другого оружия, которым серийник обездвиживал девушек. Зато теперь Линнея знает, что чудны́е красивые узоры – на самом деле послание для самого преступника.

Способ убийства – показушный, узнаваемый, ни на что не похожий… ритуальный.

УЦМ. Убийца «цветов молнии».

Прямо перед ними – важная закономерность, взаимосвязь, огненная татуировка на коже каждой девушки, чтобы весь мир видел.

Но ты увидела слишком поздно, Линнея, не то, что раньше. Может, ты просто не хотела. А может, тебе слабо́.

Слепое пятно, которого прежде не было.

Рио теперь тоже замечает закономерность и, наверное, приходит к той же мысли.

— Ладно, допустим, что эти следы якобы от молнии действительно что-то значат: они своеобразное клеймо. Но тогда мы возвращаемся к украшениям, вернее, к их отсутствию. – Адан вдумчиво рассортировал найденные улики и помнит их не хуже напарницы. – На Уинн Чу их не было.

— Может, это тоже часть его почерка? Он берет трофей, сувенир? – Линнея прокручивает экран обратно к фото, где на шее Кайлы загадочный пропавший кулон. – Нам понадобятся люди Швайгера, чтобы еще раз съездить к родственникам Уинн, проверить, была ли у нее такая вещица и не лежит ли та, забытая, в шкатулке с украшениями.