Книга Утопающий во лжи 17, страница 43 – Лев Жуковский

Выполнять роль, которую она отвела всем. Быть самым преданным адептом. Самым эффективным сборщиком очков Системы. Самым разумным инструментом, который бесконечно повышает уровни, убивает, получает ОС, усиливается, снова убивает, снова насыщает великий механизм, даже не понимая, что его личные цели давно превратились в красивые маски на лице чужой необходимости.

В случае с демоническим ядром всё было бы тем же самым. Разница лишь в том, что я пытался бы утолить не бесконечную жажду Системы, а неутолимую жажду Бездны. Той самой Бездны, которую питают все её отродья.

Это знание восхитило меня. Да. Именно восхитило. В своей хитрости. В своей мерзкой изящности. В том, насколько ловко ловушка была спрятана там, где каждый стремится стать сильнее. Ведь кто, идущий к могуществу, откажется от улучшения разума? Кто не захочет думать быстрее, видеть глубже, просчитывать вероятности дальше? Кто заподозрит опасность не в безумии, не в проклятии, не в прямом подчинении, а в самой эффективности?

Демон Лакриш Иор в чем-то был даже прав. По факту не зная этого. Он был прав в том, что не улучшал разум настолько сильно. Не потому, что понимал весь механизм. Не потому, что видел скрытую руку Системы. Возможно, он просто даже не осознанно чуял опасность. Возможно, его демоническая природа сопротивлялась слишком чистой функциональности. Возможно, он был достаточно стар и зол, чтобы не доверять ни одному пути, который выглядит слишком логичным.

В высокой функциональности разума был скрыт изъян. Заложенный самой Системой. Ведь всё остальное становится нелогичным. Неэффективным. Зачем любить, если любовь отвлекает от роста? Зачем жалеть, если жалость снижает результативность? Зачем сохранять старые привычки, если они не дают преимущества? Зачем быть собой, если можно стать идеальной функцией, бесконечно увеличивающей силу?

Вот оно. Рабство без цепей. Подчинение без приказа. На этом фоне я с неприятным удовлетворением понял: в разговоре с демоном Лакришем Иором я тоже был прав. Пусть не до конца осознавал собственную правоту. Система действительно сдерживает. Превращает своих адептов в рабов. Но не грубо, не явным ограничением. Она делает так, что разум, став достаточно совершенным, сам выбирает эту клетку. И считает её вершиной свободы.

На этом фоне неведомый Лорд Афет выглядел фигурой грандиозной и притягательной. Возможно, он был одним из немногих, кто сумел так же, как и я, сохранить разум. Сберечь его как самый ценный ресурс. Не Интеллект, не память, именно разум как личность. Как право выбирать нелогичное, если оно твоё. Как способность держаться за привязанность, даже если она снижает эффективность на доли процента.

Мои привязанности к Себии. К моим козявкам. К пастве. К гоблинской алчности. К старческому брюзжанию. К холоду, уюту, снегу, каменным стенам, ворчанию о ненужных расходах и удовольствию от хорошей добычи.

Всё это оказалось не слабостью. А якорями. Причём жажда бессмертия пусть немного, но потеряла в моём представлении прежнюю привлекательность. Она стала не мечтой и не самоцелью, а необходимостью. Инструментом для достижения моих истинных целей. Чтобы успеть.

В целом подобной подлости от Системы я не сказать, что не ожидал. В её праведность я никогда не верил. Но столь искусного подвоха не мог представить. В погоне за силой его легче всего не заметить. Более того, именно свет со своей отрешённостью, со своей попыткой отказаться от смертных привязанностей, подготовил меня к текущей ловушке Системы. Свет учил быть выше. Чище. Дальше от боли, любви, мелкой злобы и смешной жадности.