Книга Утопающий во лжи 16, страница 52 – Лев Жуковский

Но всё стало ещё хуже, когда орда призрачных червей появилась прямо посреди нашего производственного комплекса, пожирая сотни гнолов-рабочих. Это случилось в тот час, когда смены пересекались, когда коридоры были полны, и кровь хлынула рекой. Причём происходящее было настолько пугающим, потери были столь велики, что в отражении нападения вмешаться пришлось лично нашему Богу, чтобы остановить неожиданный прорыв отродий Бездны в нашем тылу. И это стало словно переломной точкой нашего пребывания в мире Артхол.

Ведь мелкие черви, пожирая наших рабочих, сливались в одно большое чудовище — буквально за пару минут превращаясь в настоящего гиганта, в кошмар, рождённый в утробе самой Бездны. Я видела это собственными глазами: десятки, сотни призрачных, желеобразных тварей сходились вместе, и плоть пожранных гнолов всплывала в их телах, ещё дёргаясь, ещё пытаясь кричать. И эта омерзительная масса, эта живая чудовищная гидра, полностью игнорировала мой небесный огонь, мой огонь, что мог сжечь инсектоидов D ранга! С немыслимо быстрой скоростью призрачная химера восстанавливала раны, и в какой-то момент мне стало казаться, что её живучесть, этой твари Бездны, Призрачной бестии преисподни С ранга, куда выше, чем даже у королевской сколопендры С ранга.

Я била её снова и снова. Я призывала всю силу, что мой Бог даровал мне, я выжигала её плоть снова и снова, но плоть восстанавливалась, как восстанавливается вода после удара обычным железным клинком. Тхагаси, бился рядом со мной, пытаясь остановить тварь своим ледяным дыханием. Но в его взгляде было то же отчаяние, что разъедало и моё сердце. Выстрелы же из артефактных винтовок небесными молниями наносили еще меньше ущерба и нам приходилось все время отступать.

В тот миг, когда её всё же сковало силой нашего Бога, окутав ледяной паутиной, сжигающей тварь светом, больше тысячи гнолов и два производственных цеха сгинуло в её пасти вместе с оборудованием, даже несмотря на все мои и Тхагаси попытки пусть не уничтожить, но хотя бы задержать её. Когда чудовище наконец застыло, поражённое волей Великого Ир'Чина, оно было размером с целое здание в сотню локтей высотой, и в его призрачной плоти можно было сосчитать все жертвы, каждую вскинутую руку, каждое искажённое в крике лицо.

Казалось, это был провал. Ведь наши дозорные… нет, я. Я пропустила этот прорыв. Я, верховная жрица, что должна была чувствовать колебания тонких материй за версту, не уловила и тени надвигающейся бури. И теперь я замерла, зависнув в воздухе над сгоревшем трупом этого странного призрачного червя, в котором были видны частично растворённые тела сотен гнолов, и злость и разочарование жгли меня изнутри жарче, чем мой собственный небесный огонь когда-либо жёг плоть врага.

Но слова, такие редкие в последнее время, такие драгоценные, слова моего Повелителя, они растопили моё испуганное, разочарованное в самой себе сердце. Они пришли ко мне сквозь дым и гарь, сквозь крики раненых и треск гаснущих систем; они пришли ко мне, как луч пробивается через черноту глубочайшей шахты. Ведь даже несмотря на все мои яростные атаки, ничего со столь могучей тварью поделать я не смогла. Ни магия, ни физические атаки на неё просто не возымели эффекта должного эффекта.