Книга Утопающий во лжи 15, страница 34 – Лев Жуковский

Без сомнения, с таким решением я был категорически не согласен, хотя, конечно же, не посмел высказать свои возражения вслух. Особенно учитывая, что сам господин нас покинул с первого же дня миссии, просто исчез, буквально растворился в воздухе, и воссоединился со своей сотней только перед самым отбытием. Что нарушало все возможные пункты устава армии Лорда, все писаные и неписаные правила военной стратегии, тактики и иерархии.

Впрочем, зная, кем является на самом деле наш господин, а я знал, о да, я знал больше, чем следовало бы простому интенданту. Исключительно эти конкретные воспоминания я старательно хотел забыть, о том месте, с бесконечно завывающей вьюгой и невероятно холодным ветром, куда однажды забросил меня господин Таталем Со.

Однако, чего уж там, если не кривить душой и не брать в расчёт мои личные эмоции и мнение, которые, впрочем, никого не интересовали, а руководствоваться только голыми фактами, то учитывая, что потерь в полусотне Мареша не было… Ни одного убитого, ни одного серьёзно раненого, к тому же тот факт, что все мы были «под защитой» могучего Стража законов. Какой бы он заносчивой тварью ни был, со своими храмовническими замашками и презрительным взглядом на всех, кто не носил белых одежд послушников Великого Антероса, но господин назначил Сейшелия именно в полусотню Мареша. Благодаря чему переживания мои были не слишком сильными во время недавней миссии. Всё же этот старый храмовый страж был очень силён.

Так что мои волнения и какое-то предчувствие чего-то нехорошего, это гнетущее ощущение надвигающейся смерти, явно были связаны с чем-то другим, с чем-то более личным. Однако просыпаясь посреди ночи с клокочущим в бешеном темпе сердцем, готовым выпрыгнуть из груди, и застывшей перед моими глазами пугающей мордой… То ли арахнида с их множеством глаз, то ли инсектоида с их щелкающими жвалами, которые намеревались сожрать меня живьём. При этом, я отчего-то вспоминал тот кошмар, что преследовал меня ещё с миссии в мире Тесэр.

Когда господин Ирчин резал как скот, как мясных туров на бойне, своих сослуживцев, отравленных ядом в мире Тесэр. Я видел это своими глазами, вновь видел, как его клинок входит в плоть, как брызжет кровь, как умирают те, кто ещё вчера сражался рядом со мной. Ужасно страшило лицо господина Ирчина в те моменты… оно было спокойным, почти умиротворённым, словно он занимался обычной рутиной.

Эти несвязные, пугающие мысли и сны терзали меня уже которую ночь подряд, не давая уснуть до самого рассвета, когда первые лучи солнца начинали пробиваться сквозь тяжёлые шторы. Решительно никакие новые гобелены, которые мне удалось заказать у лучших мастеров из столицы, на средства с полученной, очень даже достойной премии за ту миссию в Паккоте, не могли успокоить мою душу. Что было для меня невероятно странным, почти противоестественным.

Мне даже перехотелось покупать красивые новые картины мастера Истрата, того самого знаменитого художника, чьи работы украшали дома самых богатых аристократов нашего континента Айсаферт! Которые были предложены в торговом доме как особый лот, подготовленный специально для меня, с учётом моих предпочтений и вкуса. Я всегда мечтал о таких картинах, копил на них, планировал разместить в главном зале моего поместья, ещё даже тогда, когда и о самом поместье я помыслить не мог. Однако сейчас они казались мне пустыми, бессмысленными мазками краски на холсте.