Книга Варяг IV, страница 94 – Иван Ладыгин

Лейф отошел к Зельде, а тело Берга убрали. Кровь вытерли тряпками. Пол стал чистым, но тяжелый запах остался. Он смешивался с ароматом жареного мяса и хмеля, делая пир горьким, как отцовский упрёк…

Но так больше не могло продолжаться. Пора было переходить к дипломатии… Пора было скрепить наше хрупкое единство на этом острове.

Выждав достаточно, пока буря окончательно не утихла, я вновь направился к другу…

Я крепко обнял его, чтобы все видели. Я чувствовал, как были напряжены его плечи, как билось сердце в недоверии ко мне…

— Ты мой брат, Лейф! — громко сказал я. — И я всегда буду за тебя. Кровь не смывает дружбу. Смерть не отменяет клятв. Мы прошли через огонь и воду. Мы прошли через смерть. Неужели какая-то капля крови сможет нас разлучить?

Здоровяк только кивнул, но мне и этого хватило. Я верил, что у нас всё наладится.

Я подозвал Эйвинда и также обнял его.

— Ты — моя правая рука, Эйвинд. Без тебя этот пир был бы просто сборищем хмурых мужиков. Ты — моя радость в этом суровом мире. Не меняйся. Оставайся таким же веселым, пьяным и бесшабашным. Нам нужен тот, кто смеется, когда другие плачут!

Эйвинд ощерился во весь рот.

— А без тебя, Рюрик, нас бы уже здесь не было. Ты — наш киль. Если ты сломаешься, все рассыплется в труху. Держись, брат. Держись за нас, как мы держимся за тебя!

Я взъерошил волосы на голове друга и повернулся к Торгриму.

Он стоял у стены, сжимая кубок.

— А ты — наша сталь, Торгрим, — улыбнулся я. — Без тебя наши мечи были бы хрупкими, как лед. Без тебя наши стены были бы кривыми. Без тебя у нас не было бы этого города. Ты — наш мастер. Ты — наша память. Ты — тот, кто кует будущее.

Он засмущался.

— Ну, что вы, конунг… Я просто кузнец. Я железо грею, молотом бью. Не больше.

— Ты больше, чем кузнец. Ты — творец. Ты — тот, кто превращает железо в оружие, а оружие — в победу. Без тебя мы были бы никем.

Я отошел на середину зала и поднял кубок.

— Сегодня под моей крышей пролилась кровь, — сказал я. — Кровь буянца. Кровь Берга. Я не знал его хорошо, но он был одним из нас. Он был воином. Он был нашим братом. И это — плохо. Очень плохо…

Я обвел взглядом зал.

— Мы не должны резать друг друга. Мы не должны сражаться друг с другом, когда у Буяна столько врагов… Голод, холод и болезни — всё это всегда ходит рядом. А сыновья Харальда за морем скоро решат свои вопросы и вновь отправятся к нашим берегам… А мы… мы готовы вцепиться друг другу в глотки из-за ревности и зависти, из-за конфликтов нового и старого… из-за того, что кто-то кому-то не так поклонился. Дошло уже до того, что моим друзьям наносят смертельное оскорбление на пиру!

— Рюрик прав! — воскликнул Торгрим. — Нам нечего делить, кроме своей гордости. А гордость — плохой советчик. Она ведет к войне, а война — к смерти. Я видел это много раз. Гордость убивает больше людей, чем мечи.

Асгейр добавил:

— Верно. Лучше бы мы эту ярость на врагов направили да на южан! Пусть они дрожат при одном упоминании нашего имени!

Я поднял руку.

— Поэтому я хочу, чтобы сегодня, когда собрались все ярлы и хёвдинги Буяна, мы вспомнили, кто мы есть. И кто наш враг.

Я сделал паузу.

— Мы — викинги. Мы — дети Севера. Мы — те, кто не боится ни холода, ни смерти, ни дальних дорог. Мы строим города, мы куем мечи, мы растим детей. Мы не должны быть рабами своей гордости. Мы должны быть хозяевами своей судьбы.