Книга Бремя власти IV, страница 110 – Иван Ладыгин

В ответ на беззвучный зов, воздух вокруг «Соколика» начал мерцать. Сначала появились единичные всполохи: они были подобны алому жару над раскаленным песком. Затем их стало больше. Сперва десятки, потом — сотни, и затем уже — тысячи. Из дрожащего марева начали материализовываться воины.

Они были похожи на белых дымчатых призраков. Их формы были расплывчаты, но в каждой угадывалась идеальная воинская выправка. В их руках были сгустки того же белого тумана, принявшие форму мечей, копий, луков и щитов. Они не издавали ни звука. Они не дышали. Они просто возникали рядами, строями, целыми фалангами, затмевая собой багровое небо. Их были тысячи. Десять тысяч. Может, больше. Бесшумная, парящая армия призраков, послушная воле своего Короля.

— Они ждут твоего приказа, Соломон, — прогремел голос Аль-Ахмара.

Я глубоко вздохнул, заставляя тело перераспределить остатки сил. Сердце колотилось как сумасшедшее, выкачивая кровь, чтобы компенсировать потерю.

— Отлично! Пусть ждут! — крикнул я в ответ и снова вытер кровь с лица, оставляя на рукаве малиновый размазанный след.

— И что это за чертовщина тут происходит⁈ — прорычал Коловрат, глядя на это представление… Он ткнул корявым пальцем в сторону парящего воинства, его лицо, обветренное таежными бурями, было искажено смесью ярости и первобытного любопытства. — Что это такое⁈ Это ж… призраки! Ты армию призраков вызвал, царь-батюшка⁈

Остальные смотрели на меня, застыв в немом шоке. Игорь перекрестился, его губы беззвучно прошептали молитву. Песец просто молчал, не в силах вымолвить ни слова. Его глаза были круглыми от изумления. Даже Валерия, видевшая многое, смотрела на парящие легионы с широко открытыми глазами.

Я обернулся к ним и хищно усмехнулся, обнажив зубы. В глазах вспыхнули те самые янтарные угли, что пугали придворных.

— А это, господа и дамы… — я обвел взглядом их потрясенные лица, наслаждаясь моментом. — моя личная гвардия. Разве не впечатляет? — Я повернулся к Аль-Ахмару. — Отправляй их на стены. В самое пекло!

Король джиннов взмахнул рукой в огненной перчатке.

И бесшумная армада пришла в движение.

* * *

Анна Меньшикова полностью отдалась горячке боя. Она творила смертельные заклинания, пронзала клинком демонические сердца, кружила в пляске битвы, как полноправная воительница. Это был единственный способ не сойти с ума.

Каждый взмах ее меча, каждый выстрел из элегантного револьвера, каждое ледяное заклинание, вырывающееся из ее уст, — все это было попыткой отрезать себя от мыслей. От воспоминаний о ледяных глазах Николая. От стыда за свое предательство. От горечи неразделенной… ненависти, страсти, любви. Она уже и сама не понимала — чего именно… Внутри была лишь выжженная пустошь, очень похожая на ту, что царила в его взгляде.

Она втайне надеялась на смерть. Чистую, простую, героическую смерть в бою. Чтобы все это наконец закончилось. Чтобы больше не чувствовать эту раздирающую боль и эмоциональную путаницу!

Но демоны, черт бы их побрал, не желали ей такого легкого выхода! Они хотели, чтобы она страдала. Чтобы она видела, как гибнут другие.

Когда они с основными силами подошли к демоническим стенам, ее охватил настоящий ужас. Вблизи они были еще чудовищнее. Это был сплавленный воедино конгломерат из конечностей, черепов, позвоночников, ребер, все это шевелилось, щёлкало щелями-ртами, из которых сочилась черная слизь. Всё это звучало низким похоронным стоном, исходящим из тысяч глоток одновременно. И с этих живых стен на них обрушился настоящий ад.