Книга Бремя власти II, страница 30 – Иван Ладыгин

Двое новичков из наших, парнишка с оспинами и коренастый детина, слишком увлеклись, полезли напролом в узкий проход к бару. Их встретил шквал огня из-за опрокинутой стойки. Пули хлестнули по ним, как град. Парнишка упал сразу, дернувшись, как эпилептик. Коренастый взревел, схватившись за развороченный живот, пока второй залп не сбил его с ног.

Адреналин и бравада — плохие советчики в настоящей мясорубке. Цена урока — две жизни. Дорого. Но на войне как на войне. Мы подавили огневую точку гранатой, кинутой Вадимом. Свист осколков и оглушительный грохот — это было последнее, что услышали те, кто там сидел.

Зал стих. Точнее, заглох в последнем хрипе умирающего. Вокруг стелились дым, гарь и запах смерти. Мы стояли среди этой разрухи и тяжело дышали. Пар валил от нас, смешиваясь с дымом. Васька вытер артефактный кулак о брюки трупа. Семен брезгливо сморщился. Вадим перезаряжал револьвер с каменным лицом. Живых врагов здесь не осталось. Только мы… Но возле входа в угрюмый кабинет Песца мрачно маячили тени крепко сбитых фигур.

Я указал охотникам на дверной проем, и мы тихо заняли свои места. Я присел на одно колено и аккуратно высунул голову. По мне сразу же пальнули из всех орудий. Но общую картину я успел разглядеть.

Степан Песец стоял, прислонившись к стене, весь в крови — своей и чужой. Его лицо было разбито и представляло из себя один сплошной кровоподтек. Единственный глаз горел дикой, звериной яростью. Рядом, опираясь на здоровенную дубину, тяжело дышал лысый бармен. Перед ними, отгородившись от выхода трупами, стоял какой-то местный пижон. За ним — ватага головорезов.

Его фиолетовый костюм был забрызган грязью и живым багрянцем. Жуткая улыбка неправдоподобно ширилась и казалась абсолютно безумной в отсветах полыхающих пожаров. В каждой руке он держал по странному предмету: в левой — шарообразный артефакт, мерцающий ядовито-зеленым светом, в правой — связку гранат, обмотанную колючей проволокой. Его черные глаза-пуговицы метались между выходом и Песцом.

— О-о-о! — заскрипел он, и этот звук резанул по нервам. — У нас гости! Как неожиданно! Прелестно, Степашка! Тебя пришли спасать?

Я еще раз высунул голову, но уже в другом положении. Несколько пуль прошили дерево рядом. Я успел точными выстрелами срезать двух бугаев.

В этот миг несколько моих «соклановцев» метнули в проем парочку молний и ледяных копий. Послышались крики, мат, шипение и бульканье. Я вновь заглянул в кабинет — все головорезы отправились в мир иной на перевоспитание. Все, кроме их лидера.

Отморозок качнул связкой гранат. Мои охотники инстинктивно пригнулись, завидев мою реакцию. Они навели стволы на стенку кабинета. Вадим вытер пот со лба.

— Бросайте пушки, ублюдки! — рявкнул он.

Весельчак лишь захихикал, высоким, истеричным смехом.

— Бросим! Обязательно бросим! Но сначала… поиграем! — Он резко швырнул зеленый шар под ноги Песцу и Бармену. Тот не взорвался. Он… распустился. Как ядовитый цветок. Выпустил облако едкого, шипящего газа, мгновенно заполняющего помещение.

Песец и Лысый закашлялись, закрывая лица. Клоун в этот момент метнул связку гранат в нашу сторону! Прямо в середину группы охотников.

— Рассыпаться! — заорал я, отпрыгивая в сторону. Васька Кулак рванул за укрытие стойки. Вадим и Семен бросились врассыпную.