Книга Кодекс Магических Зверей 6, страница 98 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

— Обязательно.

— Тогда ещё две.

— Хорошо, — согласился я.

Отсчитав мужчине медяки, я объяснил, куда привезти заказ. Он выслушал, буркнул что-то вроде «хорошего дня» и вновь задремал.

На обратном пути Люмин внезапно прижался брюхом к земле и, как на тренировках с Хольцем, по-пластунски пополз куда-то в сторону. Проследив за его «охотой», я заметил… лоток с овощами. А точнее, лежащую на нём гору морковок.

Усмехнувшись, я потрепал Кроха по загривку, и двинулся следом за «ушастой тенью».

Тем временем зайцелоп добрался до цели, уселся и принялся изучать содержимое лотка.

— Та-ак, — пробормотал я, подходя ближе.

Люмин тут же застыл и через несколько секунд медленно повернулся ко мне. Он жалобно прижал уши и уставился на меня огромными влажными глазами, которые красноречиво умоляли: «Ну, пожалуйста, купи!».

Хозяйка прилавка, женщина с пунцовыми щеками, опустила взгляд и прыснула в кулак.

— У вас тут охотник.

— Он не охотник, а настоящий вымогатель, — улыбнувшись, я посмотрел на зайцелопа. — Сколько за самую большую морковку?

— Два медяка, — она хмыкнула и выудила из лотка оранжевую красавицу. — Держи, разбойник.

Люмин стрельнул довольными глазами, аккуратно принял трофей и, сделав шаг, едва не уткнулся носом в пыль, споткнувшись о волочившуюся по земле ботву. Зайцелоп замер, обдумывая, как же передвигаться с этим великолепием. В итоге он принял позу собаки с палкой, задрал голову повыше и потащил добычу наискосок.

Хозяйка засмеялась.

— Только не ешь, пока не помоем! — крикнул я зайцелопу.

Люмин, не оборачиваясь, дёрнул ухом, мол, я в курсе правил гигиены и не нуждаюсь в подсказках.

Крох переглянулся со мной с выражением «и так каждый день».

Я поправил лямки тяжёлого ранца и двинулся в обратный путь. С таким грузом идти к ювелиру — явно плохое решение, так что сначала забегу в лавку, оставлю ингредиенты, а после направлюсь к нему.

К дому добрался без приключений. Отпёр дверь, направился в погреб и аккуратно разложил покупки в ниши.

Выйдя во двор, отряхнул руки и посмотрел на Люмина. Он втащил свою прелесть на кухню и, сев над ней, принялся буравить меня глазами.

— Сейчас помою, мелкий, — сказал я, забирая морковь.

Зайцелоп радостно пискнул.

Я вышел во двор, тщательно её промыл и вернул ушастому, который не отходил от меня ни на шаг.

Крох наблюдал за этим с философским терпением.

— Я ушёл, — сказал я зверям. — Ушастый, не подавись.

Зайцелоп, не отрываясь от моркови, дёрнул ухом, а Крох слегка кивнул. Я снова накинул ранец и вышел на улицу.

К Седьмому Спуску шёл не торопясь. Возле одной из лавок расположился старичок на низком табурете. Он развлекался с медяком, то и дело пряча его в ладонях и ловко подбрасывая.

Перед ним стоял мальчишка лет семи и заворожённо следил за монетой, шевеля губами.

— А ну, малой, скажи, — медленно произнёс старик. — Где монета сейчас?

— В левой руке, — твёрдо ответил мальчишка.

— Уверен?

— Точно!

Старик усмехнулся и раскрыл ладони, но медяка ни в одной не оказалось. Малец охнул, вытаращил глаза, а затем возмущённо ткнул пальцем в широкий правый рукав:

— Там!

— Может, и там, — серьёзно отозвался старик, тряхнул рукой и тут же левой ладонью вытащил медяк из-за уха мальчишки. — А может, и здесь всё время прятался.

Малец замер, взял монету из рук старика и уставился на него, округлив глаза.