Книга Кодекс Магических Зверей 1, страница 90 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

— А это продаётся? — указал я на неё.

Кузнец посмотрел и пожал плечами.

— Да запросто — это брак, кривая немного получилась. Если надо, бери за пять медяков.

Я кивнул, заплатил и взял иглу.

— Ещё раз спасибо, — сказал, уже направляясь к выходу.

— Удачи, парень, — проговорил кузнец мне вслед, и в его голосе впервые прозвучало что-то вроде участия. — Надеюсь, твои руки не хуже, чем у отца.

Я вышел на улицу. Рассвет разгорался, окрашивая крыши в розовый цвет. Почти бежал обратно, прижимая к груди свёрток с драгоценными инструментами и иглой.

Вернувшись, сразу обработал инструменты. Не стал разводить огонь для прокаливания, так как не было времени, да и боялся испортить заточку, поэтому просто тщательно протёр каждый предмет тряпкой, смоченной в концентрированном растворе «Железнолиста».

Для начала операции оставалось найти нитки. Единственным местом, где они могли быть, являлся склад. Почему-то мне казалось, что они там точно есть, ведь жизненно необходимы для лавки целителей зверей. Дойдя до конца коридора, отодвинул засов и оказался в длинном, узком помещении без окон.

Начал методично осматривать помещение, однако, как и в прошлый раз, не обнаружил практически ничего. И вдруг, в самом конце, завалившись за деревянные ящики с сосудами для хранения, увидел небольшой деревянный моток, что был покрыт пылью и паутиной. Вытащив его, увидел, что моток был тяжёлым, и на нём намотана нить. Но какая! Это не тонкая льняная или шерстяная пряжа, а прочная, кручёная нить темно-коричневого цвета, толщиной почти с современную зубную нить, но гораздо прочнее. Она напоминала сухожилия или специально выделанные кишки мелкого животного. Система, стоило мне прикоснуться, выдала скудную информацию:

[Обнаружено: Хирургическая лигатура (животного происхождения)]

[Стерильность: низкая. Прочность: высокая. Совместимость с живыми тканями: удовлетворительная]

Этого достаточно. Я отрезал от мотка около метра нити, вернулся в главный зал, положил её в небольшую чашку и залил раствором для дезинфекции.

Взглянул на окно. Солнце уже полностью поднялось. Пора начинать.

В лавке стало тихо, даже Люмин в своей клетке притих, уставившись на меня огромными, понимающими глазами.

Я налил в таз воды, добавил антисептик и тщательно вымыл руки. Затем подошел к клетке, где лежал Грайм. Его состояние за ночь явно ухудшилось — дыхание стало хриплым, прерывистым, глаза были закрыты, но веки подрагивали. Я осторожно взял его на руки и перенёс на операционный стол — зверь лишь слабо вздохнул.

Теперь его нужно обездвижить. Взял несколько длинных, прочных полос ткани и аккуратно, но надёжно привязал его лапы к ножкам стола — не туго, чтобы не пережать сосуды, но так, чтобы он не дёрнулся в самый неподходящий момент. Его голову тоже зафиксировал, подложив под шею мягкий валик из ткани. Теперь его мягкое, беззащитное брюхо открыто и доступно.

Затем взял банку с «Каменным сном». Нужно рассчитать дозу, но я понятия не имел, как, а система молчала. Пришлось положиться на многолетний опыт — на глаз определил необходимое количество, как три капли на каждый десяток килограмм. Я оценил вес зверя примерно в тридцать кило, так что нужно девять капель. Рискованно, но другого выхода не было.

Аккуратно влил девять капель прямо на язык Грайма, предварительно разжав ему челюсти, затем помассировал горло, чтобы спровоцировать глотательный рефлекс. Он сглотнул.