Книга Знахарь 1, страница 16 – Павел Шимуро

— Ты чего творишь⁈ — голос Элис резанул по ушам. — Глянь на мальца! Ему хуже стало! Это ты, ты сделал!

Я не повернул головы. Старуха стояла где-то справа, её силуэт маячил на периферии зрения, но сейчас она не существовала для меня. Только пациент. Только задача.

— Если отвар не попадёт ему в рот, — продолжил тем же ровным тоном, — через пятнадцать минут он умрёт. Ты понимаешь меня, Варган?

Охотник сглотнул. Кадык дёрнулся на шее.

— Он же шарлатан, Варган! — Элис шагнула ближе, и её костлявый палец ткнулся мне в спину. — Глянь на него! Откуда он взялся? Чего умеет? Ничего! Пришлый, белый весь, лекарем назвался! Наро двадцать лет травы изучал, а этот за час управился⁈

— Элис.

Одно слово. Варган произнёс его тихо, почти шёпотом, но старуха осеклась, будто её ударили.

— Заткнись.

Охотник повернулся к сыну. Его огромные ладони легли на плечи мальчика, пальцы впились в ткань рубахи. Мышцы на предплечьях вздулись, когда он надавил.

Стол заскрипел.

Тарек забился ещё сильнее, его спина выгнулась дугой, пытаясь вырваться из-под отцовской хватки. Руки мальчика метнулись вверх, пальцы вцепились в запястья Варгана, и я увидел, как ногти впиваются в кожу до крови.

Варган не дрогнул.

Алые борозды расползались по его предплечьям, кровь стекала по рукам, капала на рубаху сына, но охотник держал. Лицо его превратилось в каменную маску, ни единый мускул не дёрнулся. Только глаза выдавали то, что творилось внутри — в них плескалась боль, которую нельзя было описать словами.

Я шагнул к изголовью стола.

— Голову. Зафиксируй голову.

Варган переместил одну руку, прижимая лоб сына к столешнице. Тарек захрипел, пытаясь мотнуть головой, но не смог. Его губы были стиснуты, синеватые, покрытые розовой пеной.

Я поднёс чашку к его рту.

Нельзя лить сразу. Если жидкость попадёт в трахею, он захлебнётся. В его состоянии кашлевой рефлекс может быть подавлен, а это значит, что отвар осядет в лёгких и вызовет аспирационную пневмонию. Даже если он переживёт отравление, воспаление лёгких добьёт его за пару дней.

Пальцы левой руки скользнули к губам мальчика. Я раздвинул их, чувствуя жар его кожи и липкость пены. Потом обмакнул палец правой руки в отвар и провёл по внутренней стороне губ.

Смачиваем. Даём организму привыкнуть.

Тарек дёрнулся, но хватка Варгана не позволила ему отвернуться. Повторил движение ещё раз, ещё. Губы мальчика блестели от розоватой жидкости, и я заметил, как его язык рефлекторно облизнул их.

Хорошо. Глотательный рефлекс работает.

— Не слушай его, Варган! — голос Элис снова ворвался в тишину. — Он мальца угробит! Своими глазами вижу, как угробит! Ежели помрёт Тарек, на ком кровь будет? На этом проходимце! А ты ему веришь, ты его слушаешь, будто он не пришлый какой, а сам Наро воскресший!

Я не обернулся. Капля отвара упала с края чашки на подбородок мальчика, и я подхватил её пальцем, перенёс на губы.

— Да ты глянь на него! — Элис повысила голос. — Спокойный стоит, ровно камень! Нормальный человек так не стоит, когда дитё помирает! Чужой он, чужой! Нелюдь, может, а ты ему сына своего доверил!

— Элис.

Варган не повернул головы. Его голос прозвучал глухо, сдавленно, словно он с трудом выталкивал слова сквозь стиснутые зубы.

— Тебе чего, смерти Тарека хочется?

Старуха осеклась. Я краем глаза видел, как она попятилась, как её лицо вытянулось.