Книга Системный Ремесленник Забытых Богов, страница 84 – Ярослав Мечников

Мыслей в моей голове не было. Только абсолютная ясность. Ощущение полного контроля над своим телом. И странная, нарастающая вибрация в правой руке, той, что сжимала древко копья.

Воин Гладколиких начал уставать. Его дыхание стало прерывистым, удары – менее точными. Он был явно обескуражен и разъярен тем, что не может достать этого странного, светящегося противника.

И вот, в какой-то момент, когда он в очередной раз бросился на меня в отчаянной атаке, я почувствовал, как вибрация в моей руке достигла своего пика. Я снова увернулся от его меча и, вместо того чтобы отступить, шагнул ему навстречу. Моя правая рука, сжимающая копье, сама собой метнулась вперед, вспышка света передалась от руки к копью. А затем..

Разряд! Мощный, видимый даже при дневном свете, электрический разряд ударил прямо в грудь воина Гладколиких, туда, где сходились пластины его обсидиановой брони!

Раздался сухой треск, запахло озоном. Воин дернулся, как от удара невидимого молота, его тело выгнулось дугой, а затем он рухнул на землю, как подкошенный, и замер, не шевелясь. Из-под его шлема повалил тонкий дымок.

На площади на несколько секунд воцарилась мертвая тишина. А потом… потом толпа КЗаррКх взорвалась таким ревом, какого я еще никогда не слышал! Это был рев восторга, триумфа, благоговейного ужаса и первобытной ярости!

Я стоял над поверженным противником, тяжело дыша. Голубое свечение в моих глазах и на коже медленно угасало. Я посмотрел на свою правую руку. Она все еще слегка подрагивала, и от нее исходило едва заметное тепло. Что это было?! "Архивариус"?!

Предводитель Гладколиких, который все это время молча наблюдал за поединком, выглядел так, будто ему только что скормили живого Песчаного Демона. Его гладкое лицо было искажено смесью ярости, удивления и… страха?

Я повернулся к нему.
«Ну что, ты получил свое развлечение? – сказал я, и мой голос, усиленный "Архивариусом", прозвучал на удивление спокойно и властно. – Я продержался. Даже больше. Так что, как ты и обещал, убирайтесь из этой деревни. И оставьте их в покое».

Я посмотрел на Вождя Красный Коготь.
«А платить вам дань или нет, Великий Вождь, – это решать только тебе и твоему народу. Я свое слово сдержал».

Вождь смотрел на меня с откровенным ужасом, смешанным с благоговением. Затем он что-то прорычал своим воинам, и те, кто еще сомневался, теперь уже без колебаний опустили оружие. Но потом он перевел взгляд на гору трупов у ритуального костра, на сожженные хижины, и его лицо снова стало каменным.
[Перевод (Вождь,его голос дрожал от сдерживаемой ярости и боли): "Мы… мы будем платить дань, Проводник. Пока… пока мы не станем достаточно сильны, чтобы отомстить за наших павших. Уводи своих воинов, Гладколицый Ублюдок! И чтобы ноги твоей больше не было на нашей земле без приглашения!"]

Предводитель Гладколиких побагровел (или побледнел еще сильнее, трудно было сказать при его цвете кожи). Он оглядел своих воинов, которые после падения их чемпиона выглядели растерянными и напуганными. Я понимал, что, несмотря на мою неожиданную победу, со всей их армадой мне сейчас не справиться. Это был единичный всплеск какой-то неведомой силы, и я не знал, смогу ли я его повторить.

Наконец, Предводитель Гладколиких коротко кивнул, его черные глаза сверкнули недобрым огнем.
[Перевод: "Хорошо. Мы уйдем. На этот раз. Но ровно через месяц… – он указал на меня своим мечом, – …пять больших телег, доверху набитых лучшим, что есть у вашего племени – шкурами, мясом, зерном, и… да, пожалуй, и несколькими образцами твоего «Громового Порошка», если он действительно так хорош. Иначе мы вернемся. И тогда уже никакие духи вам не помогут."]