Книга Укротитель Драконов 2, страница 22 – Ярослав Мечников

Система вспыхнула сама, без запроса.

[СКАНИРОВАНИЕ: Дрейк — Каменный — Взрослый]

[Физическое состояние:]

[— Множественные ссадины на морде и плечах (свежие, 1–2 дня)]

[— Обезвоживание: умеренное]

[— Голод: сильный (36+ часов без пищи)]

[— Мышечный тонус: высокий. Зверь в полной физической форме]

[— Повреждений скелета нет]

[Эмоциональный фон:]

[— Страх: [██░░░░░░░░] 22 %]

[— Агрессия: [█████████░] 91 % — территориальная + оборонительная]

[— Боль: [██░░░░░░░░] 18 %]

[— Доминантность: [████████░░] 84 % — зверь считает себя хозяином]

[Уровень стресса: ВЫСОКИЙ]

[Готовность к контакту: [░░░░░░░░░░] 2 %]

[Триггеры агрессии: движение в пределах 4 м, звук металла,

прямой визуальный контакт]

[ПРИМЕЧАНИЕ: Особь поймана недавно (48–72 часа).

Не подвергалась процедурам ломки.

Дикий, территориальный самец в расцвете сил.]

[Прогресс Связи: 0 %]

Страха у него было мало. Агрессии, много. Этот зверь не был сломан, не был загнан в угол. Он злился. Его выдернули из привычного мира, запихнули в железную коробку, и он хотел одного: разнести всё вокруг и уйти.

У клетки стоял Пепельник. Неподвижный, руки за спиной. Ветер трепал пепельные волосы, но мужчина не шевелился. Рядом с ним, чуть левее, стоял кто-то ещё. Широкий, квадратный, с красно-бурым обветренным лицом и бровями, сросшимися в одну чёрную полосу. Шея толщиной с моё бедро. Бычья Шея, Железная Рука Охоты. Я узнал его по описаниям. Горб как-то рассказывал: «квадратный, орёт всегда, нос набок, шея как у быка».

Трещина подвёл меня к клетке и остановился.

— Падаль здесь, — сказал он.

Пепельник обернулся. Красные воспалённые глаза скользнули по мне. Потом он повернулся к Бычьей Шее.

— Вот он. Тот, про которого я говорил. Отказался от кнута на ритуале Принятия Узды. Он же усмирил Грозового дрейка, которого купили столичные.

Бычья Шея уставился на меня. Голова набок, рот растянулся в ухмылке. Потом загоготал. Громко, раскатисто, на весь ярус.

— А-а-а! Как Молчун! Только не Молчун! Падаль! Ха!

Он шагнул ко мне. Вблизи оказался ещё шире. Квадратные ладони, каждый палец с мою запястье. Схватил меня за руку повыше локтя, сжал. Потом другую. Ощупал плечи, провёл пальцами по рёбрам, будто коня выбирал на ярмарке.

— Дохляк, — сказал он, но без злобы. — Нутро крепкое, видно. Кость плотная, мясо жилистое. Неделю в Яме, говоришь? — Он обернулся к Пепельнику, тот коротко кивнул. — Неделю в начале зимы. Достойно.

Бычья Шея отпустил мои руки и отступил на шаг. Ухмылка сползла. Лицо стало серьёзным, насколько это слово подходило к его вечно красной физиономии.

— Вот только, пацан, глупо ты поступил. Очень глупо. Пепельник тебя пожалел, оставил подумать. Я бы уже выкинул головой вниз. Безо всякой Ямы. — Он пожал квадратными плечами. — Оно, к слову, даже не знаю, что хуже, а что лучше. То, что тебя сегодня ждёт, покруче будет.

Повернулся к Пепельнику.

— Давай. Твой выход.

Пепельник повернулся к клетке. Дрейк в этот момент врезался плечом в решётку, и прутья загудели. Железная Рука даже не вздрогнул.

— Каменный, — сказал он. — Взрослый самец, пойман два дня назад в ущельях к северу. Бычья Шея притащил. Ты ведь кое-что знаешь о драконах, раз сумел сладить с Грозовым. Так скажи мне. Что ты видишь?

Я посмотрел на дрейка. Тот замер на секунду после удара, тряс башкой. Чешуя на лбу потрескалась от ударов о решётку, сочилась тёмная сукровица. Передние лапы расставлены широко, когти скребут пол. Грудная клетка раздувается, рёбра ходят ходуном. Хвост прижат к стене, кончик подрагивает.