Онлайн книга «Системный Кузнец XII»
|
Очаг внутри тлел упрямо. Новый навык подкидывал Ци, как печь подкидывает жара по ночам, само по себе. Я был благодарен этому так, как не благодарил никогда раньше. Без него сдох бы прямо тут, на карнизе. Тропа вывела к знакомой расщелине. Дальше шла та самая дорога к штольне, по которой я спускался с Чезарой. Штольню нашёл с трудом. Голова плыла, и пару раз я прошел мимо знакомых камней, прежде чем сообразил, что свернул не туда. Развернулся, вернулся, нашёл козырёк из чёрного базальта над зарослями железного вяза. Внутрь. Положил Торна на каменную лавку Маэстро Ферро, ту самую, с истлевшей волчьей шкурой. Шкуру подсунул ему под голову. Сам сел рядом на пол, спиной к лавке, и минуту просто сидел, дыша. «Нет. Нельзя. Дальше». Поднялся, ковыляя. У горна в углу кучкой лежал хворост и обугленные щепки. Наколол ножом тонкую горсть лучины, сложил шалашиком. Подержал ладонь над сердцевиной, и Очаг охотно плеснул жара. Сухое дерево занялось с первой попытки. Поставил у огня медный котелок Чезары, плеснул туда воду из бочки. Пока грелась, вернулся к Торну. Расстегнул на нём рубаху, осмотрел. Под кожей у груди и левого плеча шли тёмные жёлтые прожилки. Серная Ци Ферро ещё сидела в каналах, медленно отступая. Достал свёрток Алекса. Система подсказала, что можно использовать порошек для стабилизации в слабой концентрации. Растёр щепоть пальцами над тёплой водой, дал настояться, подождал, пока запах выйдет. Подсунул Торну ладонь под затылок, приподнял голову. Поднёс край котелка к губам. — Глотай. Ну, давай. Один глоток. Парень не ответил, но горло у него дёрнулось, и капля сбежала из угла рта по подбородку. Часть прошла внутрь. [Эффект на текущее состояние: поддержание жизни в течение 2–3 часов при микро-дозировании.] [Внимание: для восстановления требуется Целитель Духа.] Два-три часа. Я повторил вливание Ци через ладонь. Дал ещё одну струйку из камня, чуть-чуть Огня. Жила под пальцами стала бить ровнее. «Вот и всё, что я могу здесь». Сел на пол у лавки, привалился затылком к холодному камню. Закрыл глаза. Получил кварц, получил камень, получил знание. И получил парня с разорванным котлом на руках. Печать внизу держится еле как. Ферро мёртв, но Сольфар ворочается, и под кожей у меня всё ещё стоит звон того голоса, что произнёс «Шар-Кадэн». Левиафан вышел из воды и посмотрел в мою сторону. Проснулся, значит. Уже здесь, возле острова, и одни духи знают что у него на уме. Один я с этим не справлюсь. Открыл глаза. Поднялся, держась за лавку. У дальней стены штольни нашёл кусок угля, не сгоревшего до конца, с острым сколом. Подошёл к гладкой части стены, у входа, где утром ложился свет. Провёл углем сверху вниз, пробуя. След лёг чёрный, заметный. Написал крупно, чтобы видно было от двери: «ТОРН РАНЕН СИЛЬНО. ПОНЁС ЕГО В ФЕРРО-АКУДО. ПРИХОДИ. НАЙДУ У ТВОЕГО СТАРИКА.» Постоял, глядя на буквы. Уголь оставил у стены, на видном месте. Собрал маленькую сумку. Фляга с водой, остаток вяленой рыбы, кусок сухаря. Свёрток Алекса, что ещё цел. Камень в кобуре у груди. Вернулся к Торну. Подсунул руки и поднял. И тут из глубины тоннеля, из той самой стороны, где уходила Глотка, послышался писк — знакомый и тонкий, прерывистый, с сухим треском. Я обернулся. Огненный зверёк сидел на пороге каморки на задних лапках, и смотрел на меня глазками-бусинами. Хвост у него подрагивал. Он пискнул ещё раз длиннее, и в этом писке я расслышал что-то, чего раньше у него не слышал — тревогу и растерянность. |