Книга Системный Кузнец XII, страница 50 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

В сосудах в дальнем ряду плавало что-то другое. Я подошёл, нагнулся, вгляделся.

Угри или черви. Длинные, гибкие тела, чёрные с серебристыми прожилками вдоль хребта, плыли мутью, лежали в жидкости как живые, только не двигались. И светились так же, как зверьки, только их свечение было другого оттенка: холодное, голубоватое, отдающее в зеленцу.

[Объекты: лавовые угри (предположительно). Носители смешанной Ци.]

[Состояние: мертвы. Ядра активны. Концентрация энергии стабильна.]

Я выпрямился и невольно отступил на шаг.

Стояли они тут давно. На крышках цилиндров виден тонкий жёлтый налёт, серная пыль за годы, и в углах каморки то же. Лет пять? Шесть? Я не алхимик, точнее не скажу, но даже моего глаза хватило, чтобы понять: это не вчерашняя работа.

«Ладно, допустим, это Ферро. Допустим, он сидит тут восемь лет и собирает зверьё в банки. А зачем? Ради их Ци? Только зачем столько? И что он с ними делает потом?»

В голове крутилось плохо. Жар давил, сера хоть и не пробивала кокон, но мысль о том, что я дышу одним воздухом с этими склянками, не добавляла ясности.

«Безумное место. Очень безумное».

Снова прислушался. Бормотание из глубины тоннеля стало чуть громче, или мне так показалось. Голос или не голос, я уже сомневался.

Что бы это ни было, оно знало, что делает. И этому что-то очень не понравится, если оно меня тут увидит.

Я ещё раз обвёл взглядом каморку и медленно вышел обратно в тоннель.

Теперь, когда глаза немного притерпелись к ровному жёлто-багровому, я разглядел больше. Там, в конце прохода, открывался проём, и за ним угадывался простор. Из зала шёл редкий пар, дёргался, оседал на стенах, а свет за ним всё равно стоял ровно и лишь изредка вздрагивал, когда сверху по своду пробегала волна.

Сунуться туда наобум никак.

Кто там, что там — я не знал. А лезть на голос, который бормочет что-то двутональное в недрах вулкана, у меня разума хватало не торопиться.

Зато было кое-что новое.

Я прислонился плечом к стене, прикрыл глаза и потянулся к «Зрению Творца». Раньше оно показывало металл и породу, а теперь, после прорыва, видело и живое — меридианы, узлы, ядро, если оно есть. Я ещё не пробовал применять это, тем более на расстоянии и через камень, но раз дали, значит, надо учиться.

Потянул нити внимания вперёд по тоннелю.

Сначала шло ничего — сера, жар, мутный поток собственной Ци, на которой я поставил слишком плотный кокон. Подкрутил защиту вниз, до минимума, какой выдерживала кожа, и попробовал ещё раз.

И вот тогда меня накрыло.

В голове проступил рисунок. Светящиеся линии Ци, узлы, точки. Зал большой, и в нём были источники силы, и каждый я ощущал отдельно, как ноту в общем гуле.

Сначала ударило по нервам самое крупное.

Что-то огромное лежало в дальней стене. Не лежало даже, а было ею. Сетка меридианов уходила в породу и расходилась там по всей толще, будто корнями. И в центре этой системы пульсировало ядро такое яркое, что у меня заныло в висках от одного только восприятия. Серная Ци — я узнал её сразу. Та самая, что просачивалась через кокон в тоннеле. Только тут её столько, сколько во всех склянках каморки, и ещё в сто раз больше.

Каждый медленный вдох поднимал Ци по меридианам существа, и от этого порода вокруг трещала и осыпалась мелкой крошкой. Выдох опускал поток, и стены вздыхали обратно. Тот самый ритм, что я слышал ушами, теперь видел изнутри.