Книга Системный Кузнец X, страница 83 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Нужно выправлять, а времени уже в обрез.

Закрыл глаза. Хватит паниковать — думай.

Скол на грани — это потеря материала и нарушение геометрии. Если попытаюсь залатать его прямой проковкой, только загоню трещину глубже. Если срежу повреждённый слой зубилом — потеряю объём, и зуб выйдет меньше эталонного. Оба варианта паршивые.

Интерфейс Системы мигнул, будто почувствовал мою заминку.

[Анализ текущего состояния заготовки:]

[Дефект: Скол рабочей грани (глубина 3.2 мм). Микротрещина уходит по диагонали к оси клина.]

[Причина: Избыточное усилие при формовке с использованием режима «Живая Ртуть» (уплотнение массы). Удар превысил предел пластичности локального участка на 18%.]

[Рекомендация по исправлению:]

[1. Деактивировать режим уплотнения. Вернуться к нормальной массе тела.]

[2. Перейти к многоходовой ротационной формовке: малые углы разворота заготовки (10–15°) между ударами вместо крупных (45–90°). Частые лёгкие удары вместо редких тяжёлых.]

[3. Использовать клещи для микрокоррекции положения — фиксировать заготовку под углом к бойку наковальни, направляя деформацию металла по касательной, а не в лоб.]

[4. Скол устранить методом «наплыва»: прогреть повреждённый участок точечно (Ци Огня) и серией микроударов «наплавить» соседний металл на дефект, заполняя впадину собственным материалом клина.]

[Прогноз при выполнении рекомендаций: восстановление целостности до 96%. Достаточно для прохождения испытания.]

Я перечитал текст и медленно выдохнул. Логично и ведь лежало на поверхности. Малые углы разворота — это то, что делал Рикардо. Быстрые, мелкие удары с постоянной сменой положения заготовки. Ювелирный подход. Я смотрел на его работу и отметил скорость, но проглядел суть: парень формовал клин не силой, а геометрией. Десять лёгких касаний под правильным углом делали больше, чем один удар в лоб.

Ошибка Рикардо в другом — он не проковывал достаточно глубоко, и сера оставалась внутри. Но у меня серы уже почти нет, а значит, его метод формовки, исправленный и дополненный моим контролем температуры, может сработать идеально.

Спасибо, Система. Иногда полезно, когда кто-то тычет носом в очевидное.

Я сбросил уплотнение. Ци, нагнетавшая массу в клетки, отхлынула, и тело стало легче — мышцы расслабились, суставы обрели прежнюю гибкость. Пальцы снова ощущали каждую вибрацию рукояти.

— Ульф, — позвал негромко. — Снова ты. Самые лёгкие удары, какие умеешь. Палец по столу, как в начале. Я буду крутить заготовку быстро, а ты бей каждый раз, когда она замрёт. Попадёшь в ритм?

— Ульф попадёт, — великан подобрался, перехватил молот ближе к бойку, укоротив замах.

Заготовка вернулась в горн. Прогрелась. Легла на наковальню.

Я перехватил клещи иначе — сдвинул хватку ближе к губкам так, что пальцы практически касались горячего металла. Термальная Адаптация позволяла. Зато теперь каждый поворот заготовки стал точнее и короче — десять градусов, пятнадцать, двенадцать. Мелкие, скупые развороты, и после каждого — лёгкий удар Ульфа.

Тинь. Поворот. Тинь. Поворот. Тинь-тинь. Поворот.

Металл откликнулся. Там, где раньше упирался, теперь подавался мягко и послушно. Деформация шла по касательной, огибая плотные узлы, вместо того, чтобы ломиться сквозь них. Клин начал обретать форму — грани сходились к острию плавно, без рывков и угловатостей.