Книга Системный Кузнец III, страница 102 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Слышал предсмертный писк каждой твари, которую пронзал Киан. Сам колол их, уже чувствуя, как сбивается дыхание. Несмотря на третью ступень «Закалки», был измождён.

Врезав крюком в брюхо очередному падальщику, остановился. Опёрся всем весом на древко гвизармы и просто стоял, пытаясь отдышаться. Пот тёк с градом, было не просто не холодно — стоя посреди заснеженной улицы, чувствовал себя как в стоградусной бане.

«Четыреста двадцать пять,» — проговорил про себя. Именно столько тварей мы уже прикончили.

Киан, кстати говоря, несмотря на рану и жесточайшую усталость, шёл на поправку. Парень не лежал под одеялом, ему не приносили лекарств — охотник методично колол моей гвизармой огромных мокриц, и с каждым убитым врагом, казалось, становился сильнее. Видел, как чёрные вены на его лице и шее становились всё меньше. Кровотечение из раны, судя по всему, прекратилось само собой.

Мы как раз закончили зачищать главную улицу. Небо заметно посерело. Солнца не было видно — если бы не густая пелена облаков, наверняка уже светило бы багрово-розовым, но сейчас всё белым-бело от снега и абсолютно серое вокруг. По улице расползлась лёгкая дымка — морозец. Я его не ощущал, а вот Киан, кажется, немного подмёрз, хотя и уверял, что греется, когда месит этих тварей.

— Киан, — начал, всё ещё опираясь на гвизарму. — Никак не могу взять в толк…

Парень в этот момент загнал гвизарму в брюхо очередному существу, но тварь не запищала и не скукожилась.

— Вот же духи… — прошипел охотник, выдёргивая оружие. — Опять нужно смазывать.

Отчего-то усмехнулся его словам.

Киан, чьё лицо всё ещё было бледным, поднял удивлённый взгляд.

— Ты чего ржёшь?

— Да так… слушай, хотел спросить у тебя, — говорил с трудом, дыхание было тяжёлым и быстрым.

— М-м?

Длинноволосый тоже решил передохнуть — без всякой брезгливости опустился прямо на спину недобитого жука и положил рядом оружие. Парень дышал глубоко, и с каждым выдохом из его груди доносился влажный свист, будто в лёгких дыра. Уже слышал у него этот свист раньше, но парень сказал, чтобы я не беспокоился: «Как только восстановлю Ци, всё пройдёт».

— Как ты так быстро… почти поправился? — спросил с искренним восхищением. — Я же видел, в каком ты был состоянии — кровь хлестала ручьём. А теперь что? Рана… она что, затянулась?

— А… ну да, — парень посмотрел на меня так, будто разговаривал с новичком, которому ещё предстоит сделать много удивительных открытий — так оно, по сути, и было. — У тебя тоже так будет. Да и сейчас, скорее всего, ты восстановишься от любой раны гораздо быстрее, чем «пустые».

— «Пустые»?

— Ну, обычные люди, — махнул рукой в сторону домов. — Те, в ком Ци спит. У нас с тобой она живая. Тело практика — не просто мясо и кости, а сосуд, наполненный энергией — когда сосуд пробит, энергия сама пытается залатать дыру. Понимаешь? Чем больше в тебе Ци, тем быстрее она это делает. Моя Ци Ветра сейчас почти вся ушла на то, чтобы прижечь рану изнутри, поэтому и слаб, даже не смотря на то, что стараюсь вдыхать силу при каждом порыве ветра. Полей-ка своего маслица, — Киан поднялся и, взяв оружие, доковылял до меня.

На площади стоял кисло-гнилостный запах, но я его уже почти не замечал — тот стал фоном. Достал флакон с маслом, стеклянную палочку и привычным движением нанёс каплю на рунический узор его гвизармы.