Книга Системный Кузнец. Трилогия, страница 23 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Атмосфера в кузне изменилась мгновенно. Рыжий посмотрел на Гуннара, лицо кузнеца было пепельно-серым. Было заметно, как у него на лбу выступили капли пота и дёрнулся кадык, когда он сглотнул.

Мужчина нервно облизал губы, его большие кулаки то сжимались, то разжимались. Он явно не знал, что сказать или сделать.

— Ладно, — наконец еле слышно пробормотал Свен, нарушая тишину. — Семьдесят… девять — тоже сгодится.

Рыжий мужчина подошёл к ведру, не глядя больше ни на мечи, ни на друга кузнеца. Зачерпнул горсть моих гвоздей и, не разглядывая, начал рассовывать их по многочисленным карманам своего рабочего фартука. Он коротко, но с явным уважением кивнул мне, а затем повернулся к окаменевшему здоровяку.

— Ну ты это… не кипятись больно, — неловко бросил он. — По гвоздям завтра долг занесу… что положено.

И, не дожидаясь ответа, Свен быстро вышел, оставив нас с Гуннаром наедине.

Тот стоял неподвижно, как статуя. Дышал медленно и беззвучно, но я видел, как вздымается и опадает его могучая грудь.

— Что это? — спросил мужик. Голос был тихим — почти шёпот, но в нём была такая ярость, что воздух в кузне загустел.

Мне стало неловко и страшно. Понятия не имел, как тот отреагирует, как преподнести ему эту правду.

— Это Йорн… — начал было я.

— И так знаю, чей это меч, недомерок, — прошипел кузнец сквозь зубы, не повышая голоса. — Я сам его ковал.

— Вы сами спросили… — пролепетал сквозь страх.

Гуннар замолчал, но было видно, как наливаются кровью его глаза.

— Вон, — сказал он тихо.

Сердце ухнуло куда-то вниз. Вот и всё? Он меня выгоняет? Но я ведь ничего не сделал! Наоборот, всё сделал как надо, для его постоянного клиента! Обида и чувство несправедливости обожгли меня изнутри, но не был до конца уверен, что старик имеет в виду.

— Вы… вы меня прогоняете? — решился спросить и голос дрогнул.

Его взгляд медленно поднялся и впился в меня.

— Завтра жду, — сказал он просто, и в голосе его, на удивление, не было гнева. Только смертельная усталость. — Отдыхай сегодня.

Кивнул и плечи мои обмякли. Шумно выдохнул всё напряжение, скопившееся за эти минуты и, не поднимая головы, поплёлся к двери. Когда рука уже легла на ручку, услышал за спиной его голос. Всего одно слово, брошенное в пустоту:

— Заслужил.

Тут же замер. Чего-чего, а такого от старого медведя не ожидал. Неужели… похвалил? Улыбка сама полезла на лицо, сердце застучало от какой-то детской радости. Сам не понял, почему меня это так тронуло, ведь он меня бесит, бьёт, унижает… но…

Вдруг снова вспомнилась картина: три сломанных клинка в пыли, плевок на стали, горькие слова Йорна о великом отце и никчёмном сыне. Мне стало жаль Гуннара.

Обернувшись, хотел что-то сказать, сам не зная что. Может, слова поддержки, но, увидев его могучую ссутулившуюся спину, понял — сейчас ему нужно одно — остаться одному.

Молча открыл дверь и шагнул наружу.

Ноги несли по деревне на автомате, неизвестно куда. Внутри боролись два чувства: торжество первой победы и какое-то скверное послевкусие.

Резко остановился посреди грязной улицы. Нет. Хватит. Думай о себе, Дима.

В этом жестоком мире, куда я попал, непонятно как и за что, первое правило — выжить. А чтобы это сделать, нужно становиться сильнее, умнее и заботиться о собственном благополучии. Сейчас нет место для жалости. Гуннар — взрослый мужик, и то, что он работает спустя рукава — его личная ответственность, как-нибудь справится.