Книга Хранитель Пути Зверя. Том 1, страница 27 – Игорь Маревский

Я прошёл под ловушкой, специально наступая на каждую сухую веточку и собрал несколько камней. Из тьмы пещеры на меня смотрела пара любознательных красных глаз с горизонтальными чёрными зрачками. Существо заметно дышало и издавало гортанный рык, словно предупреждая остальных о моем приближении.

Мне удалось наметить идеальное расстояние между пещерой и ловушкой, заняв позицию примерно посередине. Я на физическом уровне ощущал, как на меня смотрела не только вся долина, но и члены отряда Хона, вступившие на тропу охоты. Я взял в правую руку камешек поменьше, подбросил его и метнул строго в горящий во тьме взгляд. Раздался глухой стук, словно попал в набитый сеном мешок. Тулоу это не понравилось. Я взял следующий камень и повторил бросок, за ним ещё и ещё, пока из пещеры не раздался озлобленный рык.

Это было моим сигналом.

Не дожидаясь, пока из тьмы покажется исполненная яростью козлячья рожа, я развернулся и побежал со всех ног обратно. На пути к проходу заметил, как на губах Уголька растягивалась самодовольная улыбка. Всё, что ему требовалось, — это дёрнуть за веревку, и я окажусь пойманным в сетях. Клянусь, если он это сделает, а Тулоу насадит меня на свои рога, превращусь в самого злобного яогуая и сожру его во сне! К счастью, этого не случилось. Мне удалось пробежать под сетями и на всей скорости протиснутся в узкий проход.

Ловушка схлопнулась. На тело одинокого земляного козла свалилась частая сетка с дополнительными металлическими шарикам в качестве грузов, а затем последовала смерть. Хон ураганом выскочил, прижал голову существа к земле и одним ударом отрубил ему голову. Кори так и осталась сидеть на возвышенности, а Уголёк жадно потирал руки.

Моё сердце отстукивало бешенный ритм, когда голова козла отделилась от его тела. Весь короткий путь, который мне удалось пробежать за несколько секунд, меня не покидало ощущение, будто яогуай вот-вот насадит меня на рога. Горячее дыхание смерти, стук копыт о сухую землю и характерное хрюканье, которое он издавал с каждым шагом, оставляло на тыльной стороне шеи влажный отпечаток. Даже тогда, когда голова существа лежала рядом с телом, я всё ещё ощущал его дыхание у моего затылка.

Однако это было всего лишь начало.

В теории, каждый практик обладал нечеловеческой силой, поэтому мог утащить на себе не одну тушу, и значит, пора приступать по новой. Уголёк натягивал сетку, Хон схватил тушу за копыто и с лёгкостью перебросил за каменную изгородь. Я обошёл его, присел на корточки у отрубленной головы и достал взятый на время у Кори нож.

— Чего это ты задумал, Манок? — зло прохрипел бородач.

— Любопытство мучает. Тебе жалко?

Хон поднёс окровавленное лезвие своей глефы к моему горлу, и внезапно повисла тишина. Казалось, даже блеющие в пещере Тулону после смерти одного из своих перестали так яростно завывать. Хон помрачнел. Его лицо превратилось в грозовую тучу, а глаза спрятались в тени нахмуренных и похожих на мочалку бровей. Я же, в свою очередь, не стал отводить взгляда, трусливо бежать и смотрел на него в ответ.

Ну что, кто первый сдаст? Неужели ты настолько туп, что готов за кусочек мяса убить манка посреди охоты? Если да, то я в тебе ошибался, Хон, точнее сказать, ошибочно увидел в тебе настоящего профессионала, который прекрасно разбирается в ценах. Однако для бородача это дело принципа. Возьмешь кусочек сейчас, в следующий раз попробуешь потребовать пожирнее. Стоит дать слабину один раз, и шакалы полезут со всех стороны, постепенно отрывая всё больше и больше.