Книга Проект: «Возмездие» Книга 9, страница 93 – Игорь Маревский

Однако даже этого оказалось недостаточно. Разъяренный ублюдок, вместо того, чтобы вывести меня из равновесия, сам стал жертвой собственной ярости и лупил во все стороны не глядя. Я ощутил, что, несмотря на бешенный напор с его стороны, преимущество всё ещё было за мной. Он попытался атаковать мой Нейролинк, прощупывая его киберзащиту, но выстроенная имплантом стена не дрогнула.

В сравнении с Ямидзавой, которому практически удалось дотянуть свои невидимые пальцы до моего мозга, ублюдок, чьё имя я даже не спросил, действовал совершенно иначе. Хвалённая стойкость и хладнокровие должны было работать в связке с другими тренированными качествами и умениями агента. Вместо этого он бросал в меня всё, что попадётся под руку, стараясь брать не качеством, а количеством.

Наконец мы достигли обратного конца этажа, и силы агента оказались не такими уж и впечатляющими. Мне удалось затормозить, отбить нейронное нападение и тут же контратаковать. Красные глаза ублюдка смотрели на меня с такой яростью, будто пытались взглядом испепелить на миллиарды маленьких угольков.

С правого бока противника капала синтетическая кровь, а клинок вошёл так глубоко, что практически мог дотянуться до сердца. Рот агента скривился в отвращении и ненависти, он плюнул мне в лицо, что-то яростно проревев.

Я мог бы убить его здесь и сейчас. Вонзить клинок глубже, ударить вторым и остановить его чёрствое и холодное сердце. Слишком просто, слишком быстро… слишком… слабо! Вместо этого я выдернул клинок, погрузил большие пальцы в его глазницы с искусственными имплантами и со всей силы ударил головой.

Ублюдок качнулся, но этого было недостаточно, чтобы вырубить агента. Пришлось пустить в дело Нейролинк, и, пока защита противника представляла из себя полный хаос и несобранность, коснуться его разума и погрузить в глубокую кому. Всего за одну секунду он из разъяренного зверя превратился в обмякший кусок дерьма, коим фактически и являлся.

Почему я его не стал убивать? Потому что он оказался пустышкой! Только и мог, что толкать пафосные речи да пускать скупую мужскую слезу по своему очень близкому товарищу! О, нет, у меня внутри бушевала такая буря, усмирить которую не в силах было банальное убийство…

А ещё у меня были планы на его счёт. Планы, узнав которые, в самое ближайшее время он успеет тысячекратно пожалеть, что коснулся тела моей Элли.

Я позволил телу упасть под ноги, а сам, переступив его, побежал в комнату, где всё началось.

Дверь не открылась. Она была вырвана к чертям — настолько мне было плевать на любые препятствия. Элли взвизгнула, попыталась ударить меня ногой, но я увернулся и, присев, крепко её обнял.

— Пусти! Пусти! — кричала она, пытаясь от меня отбиться.

— Тихо, спокойно. Элли, это я, Смертник.

Вдруг девушка перестала биться, обмякла, а затем, оторвав голову от моей груди, посмотрела в глаза.

— Смертник?

Что же они с тобой сделали? Я буквально не мог её узнать. Даже когда ей пришлось пройти через Чёрный узел и оказаться в плену на фронтире, готовясь к превращению в монстра, она всё равно казалась спокойной, но не сейчас. Из глаз девушки потекли слёзы, которые так и не смогли стереть с её лица кровавые пятна, а сама Элли крепко меня обняла, вцепилась пальцами в спину и, заплакав, прошептала: