Книга Проект: «Возмездие» Книга 9, страница 92 – Игорь Маревский

Перечислять то, что там происходило, означало для меня потенциально потерять контроль. Над ей издевались, били, унижали, а судя по количеству синяков на ногах, уже успели надругаться. Разум говорил, нет, он кричал и требовал, чтобы я закрыл видео и перестал на него смотреть. Более того, удалить его к чертям и больше никогда не касаться этого дерьма, от которого откровенно смердело ненавистью. Но я досмотрел до конца. До самого последнего момента, где её бросили, словно использованную куклу, и оставили в тёмной и сырой комнате.

Я закрыл интерфейс и увидел, как агент, показывая мне спину отошёл к дальней стене и дёрнул за ручку двери. Единственная болтающаяся на длинном проводе лампочка осветила истерзанное тело Элли. Девушка, всё ещё обнаженная ниже пояса, стыдливо поджимала под себя стёртые в коленях ноги и боялась поднять голову.

Первый удар. Моё сердце пропустило толчок, выплеснув в кровь такое количество адреналина, что я едва не сошёл с ума. Второй удар. На глаза опустилась красная пелена, а разум продолжал кричать: убей, убей, убей! Третий удар. Я ощутил, будто у меня из глаз хлынула кровь, а стиснутые зубы скрежетали и жаждали вцепиться во вражескую плоть.

Вдруг Элли подняла голову, посмотрела на меня испуганными глазами, полными сожаления, а затем едва тихо прошептала:

— Прости меня.

Агент резким движением захлопнул дверь и, расплывшись в самодовольной улыбке, произнёс:

— Я не хочу, чтобы ты себя сдерживал. Ямидзава рассказывал, какой ты на самом деле зверь, так что давай, скотина, зверей! Я хочу, чтобы ты бился со мной так же, как бился с моим Ямидзавой! Зверей! — прокричал он последнее слово, будто выданный бешенному псу приказ.

Четвертого удара не произошло. Я закрыл глаза, медленно выдохнул и напомнил себе больше никогда не совершать ошибок. Никогда не доверяться случаю и больше никогда не выпускать из виду Элли. Даже если придётся уничтожить весь этот сраный Кокон, я сделаю это с широкой улыбкой на лице, лишь бы она была в безопасности.

Моя рука подалась вправо, будто указывала направление, как через секунду пальцы сжимали голое тело Ямидзавы. Засохшая кровь на его туловище, из которого торчали провода и шипы, осталась точно там же, где и в момент нашей битвы. Тело повисло безжизненным сосудом, устало опустив болтающиеся руки. Одним движением я бросил труп к ногам агента и выдвинул раскалённые клинки.

Улыбка пропала, исчезла — и сменилась гримасой ужаса. Я поднял голову и нащупал его матричный импринт. Вот он, тёпленький, на расстоянии вытянутой руки. Я мог сорвать его как созревший плод и раздавить так быстро, что он даже не поймет, что случилось. Но нет. Это слишком быстро, слишком человечно и слишком просто. Вместо этого я направил клинок в его в сторону, оскалился и злобно прохрипел:

— Эта была твоя самая большая ошибка в жизни.

Выпущенный Нейролинком импульс моментально убил всех, кто находился в радиусе двухсот метров. Собранные в единую сеть сознания разом перегорели, будто новогодние лампочки, ровно тогда, когда агент меня атаковал. Удар получился мощным. Я полетел назад, пробивая спиной стену за спиной, при этом не отводя взгляда от противника.

Агент следовал за мной. Он нанёс крепкий удар кулаком в печень, затем ещё один в челюсть и замахнулся для третьего. Когда мы оказались достаточно далеко от Элли, я на ходу схватил его кулак, со всей силы вывернул и засадил клинок в правый бок. Агент даже не поморщился. Он продолжил бить свободной рукой, поэтому пришлось провернуть клинок и заставить того замедлиться.