Книга Проект: "Возмездие" Книга 3, страница 30 – Игорь Маревский

— Какой именно договор не выполнил Трев? — спросил я и вновь услышал, как по толпе прошлась волна шёпота.

— Твой наёмник записал всю ватагу на соревнование, фронтирщик. Клан «Рассветного Лотоса», с благословения великой госпожи, устраивает игрища! Любой, кто сможет одолеть боевых ежей клана и победить меня, получит блок со сроком пользования в один год. Естественно, с вычетом налогов.

Боевые ежи выглядели внушительно. Длинные мускулистые конечности заканчивались острыми железными когтями. Спины надёжно защищены, мощная грудь и крепкие бёдра позволят им наносить сокрушительные удары. Опасный противник.

Вместо того, чтобы продолжать оценку и тщательно подбирать слова, я задумался. Возможно ли превратить в такую же безумную машину убийства Мышь? В теории, он вообще не ёж. Ну точнее, наполовину. Процесс не был завершён до конца, и пускай внешне он напоминал бездумное существо, официально в глазах системы он им не являлся. Неужели где-то в глубине сидит человек со статусом раба?

— Ну и что не так? — спросил, выведя себя из небольшой задумчивости.

Молодой парень поморщился, звучно выдохнул, словно устал объяснять, и, махнув рукой, подозвал вестника. Сгорбившийся старик спешно подбежал на зов хозяина и, кивнув, продолжил.

— По правилам соревнования, после заявки на участие испытуемый сразу приступает к бою. У моего хозяина нет времени, чтобы ожидать, пока каждый приготовится. Участвующий Трев не смог выполнить это правило, и мой господин, в полном праве члена клана «Рассветного Лотоса», взыскал с него штраф.

— Смертник, — зашептал Трев. — Пока тебя не было, я узнал, что всё это подстава. Никто ещё блок не выигрывал. Этот больной ублюдок устраивает каждую неделю эти соревнования, и до битв всегда допускаются только хилые наёмники. Поэтому меня и записали, а я и не подумал. Извини, друг, но надо уходить.

Уходить и упустить такой шанс? Я вышел вперёд, снял с себя поношенную куртку, оставшись в одной футболке, и с улыбкой произнёс:

— Ну и чего ты разорался? Ещё и хохлишься как петух. Пришла моя ватага. Все в сборе. Ты будешь сиськи мять, или начнём уже убивать друг друга?

Толпа негодующе зашепталась, а самодовольная улыбка на лице голубоволосого ублюдка исчезла. Он внимательно осмотрел меня с ног до головы и остановился на руках. Да, прекрасно понимаю. Руки человека могут рассказать даже больше, чем глаза, а мои руки сбиты и пропитаны кровью врагов.

Трев спешно заозирался, а Приблуда, закатав рукава коричневой рубахи, хлопнул в ладоши и активировал свой любимый имплант.

Я внимательно осмотрел ежей, прикидывая, с чем придётся иметь дело, и заметил, как клановый отпрыск сделал два шага назад. Он или его вестник рассчитывал, что ватага Трева состоит из таких же наёмников. Одного он не знал: что внешний вид человека легко объяснялся месячным заключением в механическом гробу, а мы, напротив, всегда были готовы к бою.

— Ах, сука, — прошипел Приблуда, хватаясь за правый бок.

Я краем глаза посмотрел на напарника, но для себя уже всё решил. Он старался не подавать виду, но шагнув вперёд, я увидел, как тот от боли заметно хромал на правую ногу. В смелости парня я не сомневался, но рана его только замедлит, а медлительность всегда равняется смерти.

— Если местные напрыгнут, хватай всех и двигай обратно к лифту.