Книга Три Царя, страница 44 – Игорь Маревский

— И о чем же вы говорили? - поинтересовался Ярик.

Балдур ухмыльнулся заданному вопросу.

— С Ликом нельзя говорить в той манере, в которой мы представляем диалог. Это более нечто абстрактное и дикое, как хаос вперемешку со спокойствием. Даже Сырник, который намного ближе к пониманию духовного мира, не смог полностью осознать происходящее.

Сырник молча кивнул, а затем сказал:

— Когда мы с Балдуром оказались на грани смерти, я потерял сознание, а затем уже очнулся посреди поляны, наполненной духом, которого я еще не встречал. Моё тело изнывало от боли, но я не чувствовал абсолютно ничего, кроме неописуемого давления его взгляда.

Балдуру показалось что он услышал шуршание в кустах, но оно было слишком далеким, чтобы разобрать. Все слушали рассказ Сырника, но аури заметил, что на шелест обратили внимание и остальные. Вдруг стервятник остановился, и прищурившись, посмотрел вдаль. Дэйна насторожилась и потянулась за оружием, однако, вместо того чтобы выхватить свой меч, она положила ладонь на эфес и слушала.

— Не приближаются, — произнесла Мира.

— Иглопузы, судя по всему целое стадо. Стоянку устроили или недалеко их пещера, — добавил Балдур, надеясь на свой слух и многолетний опыт.

— Думаешь собрать? - спокойным голосом поинтересовалась женщина.

— За иглопузов неплохо платят, главное собрать их вовремя, пока дух еще чистый, как только у них начнется истерика, кристаллы можно будет выбросить. Думаю я, раз уж мы так удачно на них наткнулись, будет грехом пройти мимо. Если их там стадо, значит они будут держать оборону, но в любом случае рано или поздно побегут, выцепим в суматохе сколько сможем, соберем, подождем пока восстановятся и двинем дальше.

Балдур стоял, не двигаясь, некоторое время и, казалось, даже перестал дышать, пытаясь разобрать характерные для стада шаги. К слову, они были слишком далеко, и вовсе могли оказаться стаей диких кабанов, однако их выдавало изредка едва слышное стальное побрякивание.

— Мы будем собирать иглопузов или идем дальше? Как только мы в лес зашли, мошкара меня совсем доконала, особенно в задницу целится зараза, да за загривок кусают. Мать их! Летуны-кровопийцы чертовы! — выпалил как на духу Сырник.

Ярик подтверждая выше сказанного, смачно приложил себя открытой ладонью по шее, причем так сильно, что остался пульсирующий след. Он посмотрел на руку, где покоился расплющенный комар, а затем щелчком двух пальцев второй руки отправил останки в полет.

— Решать тебе, Балдур. Всё что касается сбора, выбор за тобой, таков закон.

Стервятник заставил Сырника замолчать и заговорил после слов Дэйны.

— Пойдем глянем, если они стоянкой встали, то берем, ежели пещера их там, то пёс с ними, не полезу.

На том и порешили. Все четверо стали пробираться в кусты, следуя за мужчиной и стараясь особо не шуметь.

По пути они несколько раз останавливались, и Балдур корректировал выбранный путь. Он не обладал никакими сверхчеловеческими способностями и не отличался острым слухом или животным обонянием. Он просто слушал заметное гудение, очень сильно похоже на горловое пение камнеступов вперемешку со звоном железа.

Когда они добрались до места, первой из кустов выглянула Мира и заметно улыбнулась. Рядом шуршал листвой Ярик и практически бесшумным шопотом носил мошкару на чём свет стоит. Балдур прижал большие уши Сырника к голове и медленно подполз к остальным. Дэйна предпочла остаться позади, прикрывая тылы, однако на таком расстоянии, чтобы можно было общаться громким шепотом или языком жестов.