Книга Три Царя, страница 406 – Игорь Маревский

— Ты ведь понимаешь, что он должен там умереть?

* * *

58

Обжигающее солнце стояло в зените своего величия и норовило прикосновением поделиться языками своего испепеляющего тепла. Увязшие в песках ноги, едва покидая их обволакивающие объятья, тут же погружались в золотое море сухости и смерти. Над головой одинокого путника кружили падальщики в ожидании своей трапезы, только они не знали, что их жертва намного упорнее них самих.

«Куда ты меня отправил?» — прошептала женщина, снимая обмотанный вокруг лица кусок ткани. Она посмотрела на парящих в небе хищников и, улыбнувшись, пообещала: — «Не сегодня, не сегодня».

Посреди бескрайних песков, конца которым не было видно, где-то находилась та самая пещера, о той, что говорил многоликий. Горизонт таял на глазах и казался раскаленным до такой степени, что сам воздух загорался и танцевал языками пламени. Неудивительно, что в такой среде могли выжить лишь камнеступы. Создания из плоти и камня, что могли прожить без воды несколько месяцев, однако при этом в лютые зимы, застывали на холоде за какие-то мгновения.

Камнеступы строили свои жилища под песками, глубоко на территории конклава. Мира достала пожелтевшую от времени карту и прошлась пальцами по пройденному маршруту. Капля пота, не удержавшись на подбородке предательски опустилась на лист бумаги и, впитавшись, сразу иссохла. Женщина утёрла испарину, а в голове невольно пронеслась мысль о том, сколько же воды осталось на её рукаве.

Из походной сумки из грубой ткани зелено-болотного цвета показалась маленькая мордочка, с закрывающим лицо полотном. Аури выглянул и посмотрел по сторонам. Картина не менялась уже несколько часов и, достав миниатюрную фляжку, сделал пару глотков. Шерсть аури топорщилась в разные стороны, словно через него пропустили электрический разряд, но на самом деле это была отчаянная попытка Сырника, охладить своё собственное тело.

— Я не для того пошел с тобой, чтобы ты нас угробила среди земель конклава. Ты знаешь, как они не любят цивилизованных аури. Считают нас питомцами и нарушителями законов звездочеев.

— Мы не потерялись, — коротко ответила Мира, вглядываясь на карту, а затем на горизонт. — В той стороне должен быть оазис пяти камней, а от него двадцать минут ходу, если верить тому слизняку, что продал мне эту карту.

— Ты ему сразу не понравилась, с чего бы? — съехидничал Сырник.

— Я меридинка, — с ухмылкой успокоила Мира. — А он конклавец. КНН не сильно жалует представителей полисов в своих землях. Вы же были с Балдуром в конклаве, и ни раз. Неужели, недоверие к чужакам с их стороны, для тебя настолько удивительно?

— Балдур — стервятник. Его любая паскуда терпеть не может. Одни плюют под ноги, другие пытаются револьвер умыкнуть, но тот тебя сразу приметил.

— Я из полиса… монеты… не мешай, Сырник, дай подумать. Сколько у нас воды осталось?

— Тебе или мне?

— Мне, мы тебе набрали с лихвой.

— В моей фляжке водка, — Сырник засмеялся, но успел уверить Миру в обратном, прежде чем, она смогла заговорить.

Горячий ветер как никогда был некстати. Он ударил в лицо обжигающим потоком, смешиваясь с золотистым песком. Мира отряхнулась, а Сырник успел спрятаться в сумке.

— Пойдём дальше, — очищая от песка рот, процедила Мира.

Они двинулись в направлении, где должен был покоиться оазис пяти камней. Периодически она и Сырник чувствовали, как за ними наблюдали несколько пар глаз. Были то камнеступы или местные обитатели помимо падальщиков, она не могла сказать. Ослабленная от жары и нескольких часов пути по золотой пустыне, она всё же была готова схватиться за клинки и дать отпор неприятелю.