Книга Пока длится ночь, страница 54 – Игорь Ан, Рита Русакова

— Прислушайтесь, – вдруг сказала Люба. – Слышите?

Все прислушались. Тишина не была абсолютной, вода журчала, и в ветвях иногда как будто шелестел ветер. Но в сравнении с бурей спокойствие было неестественным, давило.

— Чего слушать-то? – пробурчал Вася. Он беспокойно озирался, Соня до сих пор где-то бродила там, в темноте.

— Шума воды почти совсем не стало. Странно. Река ведь не могла замереть?

Стас вспомнил свои ощущения, когда ходил за водой перед штормом. Как ему казалось, что на поверхности резиновая пленка. И впрямь река словно все замирала и замирала. Будто время постепенно замедляло свой бег. Будто они приближались к какой-то точке. К судному часу. Как поезд, подходя к станции, замедляется. Неспеша, плавно, но в конце концов окончательно замирает. Его передернуло. Замереть тут, как мухи в янтаре? Крис права, как дятловцы. Потом будут про них документальные фильмы снимать. Стас отбросил гнетущие мысли, встрепенулся.

— Нам надо продолжать, – сказал он, – боюсь, затишье может нас доканать.

Кристина замученно произнесла:

— У меня голова страшно болит. Нет ни у кого аспирина?

Люба поднялась и пошла в палатку, вернулась с блистером.

— На вот. Ешь сразу две. Запей только.

Кристина выпила пару таблеток и потёрла пальцами виски.

— Ты ела сегодня вообще? – спросила её Вика.

— Я не хочу. Можно я в вашей палатке полежу пока? Мне что-то нехорошо.

Вика кивнула, но Стас предостерегающе поднял ладонь:

— Подожди, Крис. Есть пара вопросов. Раз уж мы выясняем всё тут, у общего костра, ответь, пожалуйста, и можешь идти.

— Какие вопросы? – она возвышалась над ним, худая и вся какая-то сгорбленная, болезненная. Было заметно, что ей действительно плохо.

Стас поерзал на бревне.

— Как Родион отреагировал на то, что Иван – сын Толика?

Кристина надменно приподняла брови.

— Тебе не кажется, что это сугубо личные дела?

— Ответь, пожалуйста.

— Не знаю, как он относился к этому. Мы с ним не обсуждали подобные вопросы. Учитывая, что он трахал всё, что не приколочено, – она с презрением повела плечом, – то ему, как понимаешь, трудно было укорять меня в какой-то там мимолетной измене.

— Ничего себе – мимолетная измена! – воскликнула Люба и грохнула ложкой о столик.

Стас поднял ладонь, и Люба сжала губы, замерла.

— Хорошо, я понял, вы это не обсуждали. Почему ты вернулась к нему?

— Ты уже спрашивал, товарищ сыщик, – усмехнулась Кристина, – ответа за это время я не придумала. Просто – вернулась. Почему люди вместе? Я не знаю, – она театрально всплеснула руками, огляделась, словно ища поддержки. Все молчали, Вика вздохнула. – Ещё вопросы будут? Или могу я уже пойти лечь? – Кристина склонила голову набок и свысока уставилась на сыщика.

— Да, иди, спасибо.

Она ушла, а Стас задумался. Люба раздала обжигающие коробочки с лапшой и пластиковые вилки. Все сосредоточенно ели, и Толик сказал:

— Прям студенчество вспомнилось. Я последний раз дошик наверное тогда ел. Верни мне мой две тысячи… блин… какой? Две тысячи второй, во.

Вася, быстро сжевав свою порцию, глядел, как Вика лениво ковыряет вилкой в бульоне. Сглотнув и с трудом отведя взгляд от еды, он спросил:

— А ты вообще по каким делам специализируешься, Стас?

— Строгой специализации нет. Разным приходится заниматься. Сбор информации для следствия. Поиск. Но, – он на секунду задумался, а Вика легонько толкнула его в бок: