Книга Мастер кристаллов 1, страница 68 – Игорь Ан

Барак обвёл взглядом комнату. Кривую лавку, узкую кровать Геба, тёмный угол, где я медитировал утром. Потом его взгляд упал на стол. На ступку. На остатки кристалла. На голубоватую пыль, искрящуюся в скудном свете.

— Ого! — он присвистнул. — Да ты не просто собираешь, ты уже и перерабатываешь? Быстро, однако.

Он перевёл взгляд на меня. В его маленьких поросячьих глазках зажглось знакомое выражение — жадность, приправленная наглой уверенностью.

— Ну, давай, выкладывай, — Барак протянул руку ладонью вверх. — Моя доля.

Я смотрел на эту ладонь. Широкую, мозолистую, с грязью под ногтями. Ту самую ладонь, которая сжимала палочку-змею, высасывающую из Рины кровь с радой.

И вдруг внутри что-то перевернулось.

Это было не моё чувство. Я понял это сразу: слишком горячее, слишком острое, слишком личное. Оно поднялось из самой глубины, из тех закоулков сознания, где всё ещё теплился настоящий Ган.

Гнев.

Яростный, слепящий, требующий крови — гнев.

«Барак убил её!»

Голос в голове был не моим. Но я слышал его чётко, будто кто-то шептал мне прямо в ухо. Точно так же он подсказывал мне имена. Маленький бедный Ган, помнящий всех и каждого по имени, но не ведающий, что происходит вокруг.

Дальше слов не было, но был ощущения… картинки.

Он стоял и смотрел, как его псы вытряхивают из неё душу. А потом Грил пнул её! Пнул мёртвую! Замарал своим грязным ботинком её прекрасные рыжие волосы, которые я…

Дальше было слишком много боли, слишком много злости.

Перед глазами на миг поплыло. Я увидел Рину — не ту, бледную и мёртвую на поляне, а живую, с рыжими волосами, развевающимися на ветру. Она смеялась, глядя на кого-то. На Гана?

Так вот, оно что.

Я знал, что Ган был тем ещё типом. Тусовки, долги, тёмные дела. Но я не знал, что у него было сердце. И что оно принадлежало рыжеволосой девушке, которую убили ублюдки, стоящие за Бараком.

Руки дрожали. Я сжимал кулаки так, что ногти впивались в ладони. В груди разрастался пожар.

— Эй, ты чего застыл? — Барак нахмурился, заметив моё состояние. — Ган? Ты слышишь меня?

Я слышал. Ещё как слышал! Но я не мог ответить. Потому что, если я открою рот, оттуда вырвется не слово, а рык.

«Убей его!»

Голос Гана звучал настойчиво.

А дальше снова образы. Видимо, Ган не мог общаться со мной длинными фразами, а лишь короткими, отрывистыми. А для большего были образы. Так было с видением про отца и кристалл, так было про воспоминания о смерти Рины. Так было и сейчас:

Барак здесь один. Сделать это! Резак в моих руках… резкое движение… волос русалки на шее ублюдка… Рывок! Голова катится по деревянному полу, залитому чёрной кровью. Он заслужил!

Я покосился на стол. Резак лежал рядом со ступкой. Волос русалки, смотанный на деревянные рукояти. Острый как бритва. Одно движение — и голова Барака отделится от тела, покатится по полу.

Барак перехватил мой взгляд. Усмехнулся.

— Смотришь на игрушку? Думаешь, справишься? — он шагнул ближе. — Ты, дохляк, который еле на ногах стоит? Да я тебя одной левой…

Он недоговорил.

Потому что я шагнул к нему.

Сам не знаю, как это вышло. Ноги двигались сами, повинуясь не моей воле, а воле того, другого, кто жил во мне. Но я не ушёл на второй план. Я тоже был здесь. И это я придвинулся к ублюдку. Я оказался вплотную к Бараку, глядя снизу вверх в его наглую рожу.