Книга Немая смерть, страница 129 – Роман Г. Артемьев

— Ты о них не слышала, потому что тебе они не были нужны, — пояснил Рюдзи-сан. — Зачем обычному бойцу знать методики противостояния форсированному допросу в стационарных условиях? Он не владеет информацией, ради которой стоит тратить время на долгую учебу, пусть лучше лишний раз по макиваре поколотит или с сенсеем поспаррингуется. Умения выдержать полевой допрос ему более чем достаточно, так этому в школе учат.

Между прочим, Рио-сан, жених Мику, ходил на этикет.

Давали не столько теорию, сколько практику. Могли, например, посадить между двумя здоровенными лбами, орущими прямо в ухо и вовсю использующих яки, и дать решать задачу по математике. Решила, подошла к инструктору, а тот, не глядя на ответ, начинает задавать вопросы — сколько раз правый сосед сказал слово рыжий? Где спрятаны кунаи у левого, доставал ли он их? Тот факт, что науки психологии здесь не знают, ничуть не мешает местным успешно её развивать и использовать.

Закрывая тему с моим повышением, скажу, что изменения очень велики. Раньше я была чистым исполнителем, теперь требуется принимать решения, пусть на низовом уровне. Значит, надо разбираться в общей обстановке, понимать, каковы истинные интересы Водоворота. И каковы интересы отдельных его представителей, в первую очередь — Кейтаро-сама и непосредственного начальства.

В жизни как — либо ты занимаешься политикой, либо политика занимается тобой. Дура я была, считая иначе.

По праву рождения мне доступно многое. Почет, учителя, информация. Даже мои недоброжелатели готовы обсуждать со мной темы, которые они ни за что не станут затрагивать в присутствии членов младшей ветви. Потому что — кровь, потому что — своя. Несмотря на неоднозначную репутацию и демонстративное игнорирование светских условностей.

В то же время все нижестоящие для правителей клана есть ничто иное, чем пешки. Нас двигают по игральной доске, стараются поставить на удобную позицию-должность, подпереть ценных фигур менее значимыми, снять с доски, если можно выиграть качество или размен покажется выгодным. Таковы правила игры, одинаковые для всех миров.

Нам с главой повезло. Кейтаро-сама не держит подчинённых за марионеток и, прежде чем принять то или иное решение, учитывает их интересы. Молодой ещё, не проникся собственным величием, не нарастил броню цинизма должной толщины. Тем не менее, у него есть планы, в которых каждому из нас отведена своя роль, и эта роль должна быть сыграна.

— У вас красивый голос, Кушина-сан, — делает комплимент глава рода и просто молодой симпатичный мужчина. — Чувствуется, конечно, что вы давно им не пользовались. Связки ещё не пришли в норму?

— Это дело не одного года, Кейтаро-сама. Тем более что полноценно тренировать их нельзя.

— Да, подобный шаг был бы неразумным.

Сегодня он принимает меня в «Алой комнате». Переговорный зал, изготовленный по приказу нашего общего прадеда, чей каждый квадратный сантиметр площади густо покрыт печатями. Большая часть цепочек предназначена для препятствия подслушиванию и другим методам утечки сведений, укрепляющие тоже есть, равно как и очищающие, дублирующие контуры и с десятком других важных функций. Невероятно искусная работа, не уверена, что сейчас в клане найдётся мастер, способный её повторить.

— Знаете, Кушина-сан, с вами очень сложно иметь дело, — вздыхает Кейтаро-сама. — Что там за история с Саяко-химе? Зачем вы отослали ей швейную иголку и носок, набитый песком?