Книга Немая смерть, страница 10 – Роман Г. Артемьев

— Как скажете, Сакура-сан, — кивнул учитель. — Тоширо-кун, Кай-кун, возьмите носилки и отнесите Кушину-чан в больницу. Следующая пара…

Вот так я оказалась на госпитальной койке. Ирьенины прилепили на спину фиксирующую печать и велели лежать до вечера, с учетом треснувших ребер и частично отбитых внутренностей можно сказать, легко отделалась. Хорошо ещё, свитков дали почитать. В госпитале я примелькалась, меня знали, да, собственно, местные врачи всех знают. Всего в Водовороте живет около десяти тысяч людей, из них примерно четверть — действующие шиноби, остальные либо в резерве, либо старики и дети. Есть ещё особо ценные мастера, которым вовсе запрещено покидать остров, но их не больше двух десятков.

— Как дела, Куши-тян? — уже вечером ко мне подошел дежурный врач и по совместительству один из моих кураторов, Акено-сенсей. Он тоже принадлежал к старшей ветви, и потому такое обращение не являлось непочтительностью.

— Вам лучше знать, сенсей. Ребра чешутся, но по ощущениям, чакра течет свободно.

— Ничего, за ночь пройдет, — он закончил диагностику и присел рядом. — Куши-тян, ты думала о своем будущем?

— Ну, да, — немного замешкавшись, кивнула я. — Думала. Меня, наверное, оставят еще на год, потому что по боевке оценки слишком низкие. Значит, через три года пройду практику, дослужусь до чунина, выйду в отставку и буду делать медицинские печати. Я не очень знатная, поэтому мужа смогу выбрать сама. Примерно так.

О своих подозрениях говорить не стала. Может, ещё обойдется.

— Ты не хочешь стать ирьенином?

— Полевым — да, хочу. Для работы в госпитале характер неподходящий.

— Характер со временем меняется, — улыбнулся сенсей. — Куда важнее, что ты уже сейчас понимаешь необходимость учебы и не возражаешь против нашей профессии. Знаешь, большинство твоих сверстников недооценивают ирьендзюцу, мечтают о крутых техниках и чине джонина.

— Я совсем не против чина джонина!

— Да, но ставишь его далеко не на первое место.

— Чунином проще, — слегка пожала я плечиками. — Обязательный срок отслужил, команду подготовил — и все, занимайся, чем хочешь. У джонинов свободы меньше.

— Вот об этом я и говорю, — с умудренным видом покивал Акено-сан. — Очень разумный подход, даже странно. У нас, Узумаки, в силу большого количества ян-чакры повышена нервная активность, поэтому дети активные, шумные, лезут, куда ни попадя.

— Я б тоже полезла, если бы силы оставались.

Сенсей расхохотался. Могу его понять — вероятно, суровое и трагичное выражение забавно смотрелось на круглой детской мордашке.

— То, что ты усердно занимаешься, это правильно. Больница имеет право договориться о прохождении практики наиболее талантливыми выпускниками школы в своих стенах, знаешь ли.

— Вы думаете, мне разрешат?!

Для меня такой вариант был бы идеальным. Ирьенинов ценят и защищают в первую очередь, зарабатывают они тоже хорошо, уважением пользуются нешуточным — чего ещё желать? Им, конечно, приходится очень много работать над собой, развивая контроль чакры и просто изучая массу разнообразной информации, но мне к труду не привыкать. Справлюсь.

— Кого ещё брать-то? — риторически вопросил Акено-сан. — Только тебя да Марико-чан с её целебной чакрой, других кандидатов нет. В общем, подумай, только не торопись, посоветуйся с Юмико-сан и скажи свое решение.