Книга Прачечная потусторонних услуг, страница 23 – Владимир Ахматов

— Листики помогут? — удивлялась Арина.

А бабушка смеялась.

— И листики… И сок земли, что они впитали, и вода, и свет солнышка. И слова добрые, которые ты прошепчешь — всё вернется, только проси правильно, когда знаешь, что иначе никак, а слова подбери у самого твоего сердечка…

Арина не помнила всех подробностей того разговора, зато в памяти хорошо сохранился образ бабушкиного дома. Вот уж где разных травок всегда водилось с избытком. На бечёвках, перекинутых от стены к стене под самым потолком, всегда сохли пучки ароматного шалфея, остролиста, лаванды и куда более редких растений. В сегодняшней своей жизни Арина давно забросила искусство травницы, хотя и в детстве не особенно им увлекалась, но сегодняшний случай был особым.

Она расправила в ладони листы подорожника, вдохнула их слабую свежесть, приложила к щеке и тихо-тихо прошептала:

От тебя до меня — дальняя дорога.

Пусть с тобою уйдет вся моя тревога.

Сделай так, как я сказала, милый подорожник.

Гостя прочь уведи — вот желанье Арпеник.

«Бабуля, прости!» — пробормотала Арина — ей до ужаса сделалось стыдно за свою неуклюжую формулу, но что поделаешь, ничего лучше придумать не успела. Двумя пальчиками брезгливо отогнула липкую, насквозь потную стельку в башмаке гостя — положила под нее один лист, второй — в другой башмак. Когда стельки вернулись на место, Арине показалось будто листочки чуть-чуть светятся.

Собравшись с силами, чтобы вытерпеть пытку импровизированных смотрин, тяжело вздохнула, расстегнула молнии на сапогах, разделась, убедилась в зеркале, что выглядит достаточно измученной, прошла на кухню.

— Добрый вечер, — потупилась как полагается скромнице дабы не встретиться с гостем взглядом, — простите, я задержалась.

Арсен посмотрел осудительно, но тут же, повернувшись к гостю, расцвёл в самой приветливой из улыбок:

— Сурен, познакомься — это моя сестра Арпеник. Красавица, правда? А готовит — пальчики оближешь! Тебе же понравился бозбаш? Так это всё она! Прослышала, что вечером дорогого гостя ждём — в обед через полгорода приехала, приготовила! — Арина побледнела от столь откровенной лжи.

— Здравствуй, здравствуй… — небрежно бросил толстый Сурен, занявший, пожалуй, большую половину их кухоньки, — а ну-ка повернись!

Теперь Арина побледнела от гнева:

— Что⁈

— Сестра, повернись! — холодно повторил приказ брат, метавший искры из глаз.

Пришлось подчиниться.

— Нормально, — оценил Сурен, потерял интерес, вернулся к тарелке.

Она не обиделась.

Она получила, чего хотела — полную индульгенцию на любые поступки, хотя Сурен пока об этом и не догадывался. О, мужчина, берегись рассерженной женщин!

Сурен — немолодой, некрасивый, дважды брошенный жёнами армянин, отдавал себе отчёт в том, что Арпеник — его последняя надежда на более-менее счастливую семейную жизнь, а сейчас набивал себе цену. План как отвадить его от их дома раз и навсегда, родился ещё утром. Немного колдовства, если его так можно назвать, немного смекалки, шантажа и дело сделано. Пришла пора действовать. Открылось второе дыхание. Она обворожительно улыбнулась, присела на край стула, но словно смутившись, подскочила, засуетилась.

— Ох, прошу ещё раз меня извинить… Вы ведь наверняка страшно устали после тяжёлого дня, а я расселась, как корова… Сейчас, сейчас… — Арина улыбалась про себя, ловя взгляды Сурена на своей груди и бёдрах, когда ставила на стол вторую бутылку красного вина, резала сыр, сервировала закуски и ароматные травки к ним, конечно же…