Книга Прачечная потусторонних услуг, страница 116 – Владимир Ахматов

— Э-э-э, знаешь, мы тебе не говорили, но твой старый дом сгорел. Извини…

— А-а-а, ну и ладушки, — Домовой махнул рукой. — Тогда давай…

— Стоп. Не поняла, — силы медленно возвращались, она присела и крепко взяла Домового за плечи, — как это «а-а-а ну и ладушки»? Разве ты не должен бесноваться, впадать в ярость, материться почем зря, бить посуду… если она уцелела?

Домовой потупился, повёл ногой, расчищая мусор.

— Некогда…

— Как это «некогда»?

— Ну, как сказать… Короче, мне равно-поровну… Вы ведь меня с корнями выдернули, пересадили, хоть и не по доброй воле, но с тех пор для меня прошлый дом просто стены и кров — я к нему не привязан более, моё место туточки.

— Пипец, не мог раньше сказать? И какого чёрта, ты тогда нам устраивал истерики?

— Характер, — пожал плечами Мирон.

Арина закатила глаза. Кое-как поднялась, сморгнув темную пелену с глаз. Прачечная была полностью уничтожена. Светильники торчали из потолка на проводах. Мигающий свет раздражал, голова болела. Она быстрым шагом прошла в подсобку, схватила сумку и направилась к выходу.

— Постой! — остановил её Домовой, вцепившись в подол. — Нам потребуются магические штуки-дрюки!

— Какие ещё штуки? У Капитана наверняка всё с собой, идём!

В этот момент в сумке завибрировал мобильный. Сообщение от Прада: «Ара, возьми из моего кабинета пару безделушек — могут пригодиться. Резной жезл, коричневую мантию и две склянки из моего стола. О месте встречи сообщу позже».

Арина нахмурилась. Прад не сказал, как проникнуть в его кабинет за бронированной, хорошо защищённой дверью. Неужели догадался? Арина с детства обладала гипертрофированной внимательностью. Уже на третий день работы она знала коды от шкафчиков всех сотрудников — подсмотрела, чего уж. А накануне заметила в кабинке Гиты позолоченный ключик — точную копию того, которым Прад отпирал свой кабинет. Запасной. Она вернулась в подсобку. Глупо со стороны Гиты было ставить в качестве пароля восемь цифр собственной даты рождения. Ключ лежал на месте — внизу, за сменной обувью. Замок двери в кабинет щёлкнул с подкупающей лёгкостью.

«Как-то подозрительно просто» — мелькнула мысль.

Она успела заметить, как Домовой резко отшатнулся от дверного проёма, и тут же… Арину отбросило назад, будто от удара током. Из глаз посыпались искры, а дальше — стукнулась затылком об пол. Чернота.

Сознание возвращалось нехотя, путая мысли.

— Сестрица, ожила наконец-то, задышала! — Домовой сидел у её головы, мохнатая лапа нежно гладила волосы. Красивая прическа должно быть полностью растрепалась. — Напужала старого Мирона… Аж дышло за мышло зашло!

— Ты врёшь, — устало сказала она, садясь на полу — в глазах снова поплыло, — ты знал о ловушке, поэтому отпрыгнул — хотел, чтобы меня шарахнуло…

— Напраслину возводишь! Ничего я не знал!

— Врёшь!

— Ну… может, подозревал самую чуточку! — сдался он, изобразив пальцами «чуточку». — Но уверен не был!

— Мирон, ты скотина! — вздохнула она без злобы.

Если бы первым в кабинет вошёл Мирон, его бы скорее всего пришлепнуло на месте. Сразу подняться не вышло. Арина перевалилась на живот, встала на четвереньки, цепляясь за косяк разогнулась.

— Как древняя старуха ползаю. Я долго была в отключке?

— Нет-нет, всего минуточку! — засуетился Мирон, подталкивая её к двери. — Поспешим, нам нужно поспешать!