Книга Прачечная потусторонних услуг, страница 111 – Владимир Ахматов

— И как же? — крикнули уже из другой части аудитории.

— А я не знаю…

В зале повисла гробовая тишина, а затем, как селевой поток, приближающийся к подножию горы, начал нарастать недовольный гул. Отдельных голосов не было слышно, но судя по возмущённым жестам, людей не устраивал такой ответ. Кто-то кинул огрызок яблока в кафедру. Шум немного стих лишь с появлением в центре зала высокого седого мужчины с длинными волосами, заплетёнными в косичку. Мужчина носил короткую белую бороду и короткую кожаную куртку чёрного цвета. Он взошёл на трибуну, коротко взмахнул рукой и в ту же секунду, словно по волшебству, все затихли.

Мужчина выдержал театральную паузу.

— Дамы и господа, я рад сегодня видеть всех вас в добром здравии. Наша встреча — наглядный пример того, что дело предков живёт. Доклад Капитана Прада, возможно вскоре станет ярчайшим открытием, сделанным нашей организацией за последние несколько тысячелетий. Если гипотезы о путях «Правил мироздания» подтвердятся, представьте: какие просторы для манипуляций это сможет открыть? Борьба без кровопролития, без жертв, без потерь и слёз. Мир во всём мире, без смертей его защитников. Ведь коль всё живое действительно подчинено негласным правилам, то существа из потусторонней, сакральной области и подавно связаны ими! Представьте перспективы!

Запись прервалась.

Арина ещё некоторое время смотрела на белый шум, обдумывая услышанное. В доводах Капитана была соль, но, с другой стороны, как странно осознавать, что в хорошо знакомом с детства мире, существуют правила, о которых никто никогда не знал. С другой стороны, так ли странно? Ведь законы физики и молекулярной химии существовали задолго до того, как их открыли. Да, и мир духов существовал всегда, хотя о нём она узнала считанные недели назад. В последнее время все, что она когда-либо знала, во что верила — перевернулось вверх тормашками, поэтому откровение Прада она приняла, покорно и безропотно — как данность. Зная о существовании нерушимых правил — это действительно уже само по себе откровение и инструмент, которым нужно, если не пользоваться, то однозначно, учитывать.

С ней такое иногда случалось: стоило погрузиться в воспоминания, как из прошлого всплывало столько деталей, столько упущенных нюансов, что Арина проваливалась в нежданный сон и продолжала копаться в них уже за гранью реального. Вот и сейчас — уснула прямо в кресле.

Её разбудило лёгкое щекотание в голове. Где она? Ах, да — база, срочный вызов, но где же все? Справа на стойке для посетителей сидел Мирон — смотрел влюблёнными глазами кота с помойки. С тех пор как он поселился на базе, они немного сдружились. Точнее всех остальных Домовой люто ненавидел, а её просто терпел, иногда перекидываясь парой ничего не значащих фраз. Мирон оказался крепким орешком — ничего не рассказал о Ганталиане. Прад испробовал всё: заговоры, откровенная лесть, подкуп — в пустую. Домовой молчал как рыба, а если давили, принимался угрожать самоубийством, картинно закатывал глаза, падал в обмороки.

«Не Домовой, а актер Михаил Ефремов, ещё и похож».

— Не думал, что скажу это, — скрипучий старческий голос Мирона окончательно её разбудил. — Но здесь — в логове отродья, ты самая симпатичная

— Спасибо… Ой, а что это? — Арина провела рукой по волосам и не узнала их.