Книга Светопад. Пепел бессмертного, страница 57 – Эд Крокер

— Ну и что изменилось бы, если бы мы прибыли днем? – спрашивает Джейкоб. – Почему у вампиров нет крыши, подобной той, что закрывала половину Светопада? Они никогда не спешили с инновациями и подобным дерьмом, но все-таки нужно отдать им должное: крыша была впечатляющая. Впрочем, площадь здесь куда меньше. За сотню лет после нашествия серых уже могли бы полностью закрыть все это злосчастное место.

— Не знаю, – отвечаю я, – но сдается мне, что это страх.

— Страх?

— Они закрыли крышей половину города. Не прошло и года, как откуда ни возьмись возникли серые и разрушили упомянутый город. Полагаю, самые набожные из вампиров решили, что серые – наказание, ниспосланное им кровавыми богами за то, что так свободно разгуливали днем.

— Свет лучезарный Люца, – вздыхает Джейкоб. – Как я скучаю по дому!

Мы почти у стены. Скорее всего, они уже поняли, что мы не серые: медленно, неумолимо открываются каменные ворота, стонут и натужно скрипят в ночи невидимые рычажные механизмы.

Я оборачиваюсь и смотрю на Джейкоба:

— Как только мы войдем, пути назад не будет, старина. Готов?

Джейкоб жмет плечами, и его безмятежный взгляд говорит о том, что он гораздо меньше меня опасается этого места.

— Вы здесь собираетесь удовлетворить свое любопытство. А я – спать с вампирами. О чем тут думать?

Мы шагаем вперед, и Первый Свет поглощает нас.

ПЕРВЫЙ ЛОРД АДЗУРИ

Не знаю, как относиться к этим колдунам. Столетие назад маги крови – кинеты – пришли сюда вместе с нами, спасаясь бегством от серых, и с тех пор больше ничья нога не ступала в Первый Свет. Факт сам по себе уже достаточно удивительный. Однако незадолго до того, как их привели ко мне, Редгрейв сообщил, кто они такие. И теперь меня терзает необычайное любопытство.

Мы устраиваемся у камина; обычно я не позволяю сильно его растапливать, но официальное начало зимы стремительно близится, и уже задувают студеные горные ветры. Благодаря крови я почти не чувствую холода, а вот колдуны из пустыни вряд ли к такому привыкли. Мы обмениваемся любезностями, и прежде, чем приступить к разговору, я быстро оцениваю их взглядом. Тот, что представился братом Бэйли, высок, худощав, у него русые волосы, щеки заросли щетиной, кожа слегка смуглая, как у пустынных магов, что живут ближе к Центроземью. Его спутник невысокого роста, коренастый, с короткой ухоженной бородкой, которая у меня ассоциируется скорее с вампирами, нежели с магами. Кожа черная, как ночная мгла, – такая бывает у магов с самого юга пустыни.

Одеты они совершенно одинаково, что вполне ожидаемо для колдунов одной секты. Но мое внимание привлекают их мантии. Необычно, что на них нет отличительных знаков, – по крайней мере, так это принято среди магов, оставшихся в Первом Свете. У кинетов с кровяных ферм – красные мантии в оранжевую полоску, орнамент на завязках на рукавах и шее обозначает принадлежность к секте. Несколько оставшихся в городе нейрасов носят мантии нестерпимо-белого цвета без орнамента спереди, а на спине чернилами нарисована пара глаз с небольшими драгоценными камнями по центру зрачков. Тот же чернильный рисунок – глаза с камешками – повторяется на лентах и завязках мантии.

А что же у этих магов? Ничего. Зеленые мантии самого обычного кроя, без орнаментов и рисунков. Даже цвет не из тех, к которым я привык. Не так уж часто мне встречались квантасы, с этим видом чародеев я незнаком. Забавно.