Книга Карп в сухой колее. Том 1, страница 52 – Софья Ленская

Он терялся в догадках об истинной причине происходящего. Его обуревало раздражение от собственного бессилия. Сейчас, думая о том, что ему придется участвовать в некоем заклинательском расследовании, он не знал, плакать ему или смеяться. Совершенно новые для него ощущения. В этом не было никакого смысла! Нападение, интриги – мелочные и не стоящие внимания дрязги! То, что было по-настоящему важно, сейчас в Обители. И возможно, под угрозой. Но никто из заклинателей и виду не подает! Неужели им… им все равно?

Юн Шэня затрясло от желания вскочить и закричать, указывая в небо. Закричать и сказать, что никакой он не Хэ Циюй, он – бессмертный с пика Шугуан, могущественный повелитель Небесных печатей, Бессмертный небожитель. Ему хотелось вновь ощутить силу в своих руках, легкость в поступи. Его преследовали бесполезные и странные видения или воспоминания настолько далекого прошлого, что ему было уже все равно, что происходило в те времена. Ему хотелось узнать, что предшествовало тому злосчастному дню, когда он попал в это тело, но память будто отказывалась подчиняться, нечто внутри его сознания отчаянно боролось и не давало узнать правду. Как бы он ни пытался выстроить цепь событий в своей голове, ничего не выходило.

Ласточка мотнула головой и легко взлетела над столом, чтобы в следующее же мгновение спикировать на расстеленную бумагу. Еще миг – и она обратилась большой черной кляксой. Постепенно пятно побледнело, а на листе проступила вязь тонких изящных иероглифов. В этих линиях не было ничего лишнего. Говорят, почерк, словно зеркало, хорошо отражает характер человека. Отправителя послания явно можно было назвать чувствительной личностью.

— Господину Хэ, должно быть, прежде не приходилось видеть подобные чудеса, – вновь заговорил Цао Сяошэ. – Это маленькое заклинание живых чернил, с помощью него можно обмениваться сообщениями.

Юн Шэнь знал об этом заклятии, но сам таких посланий прежде не получал и не отправлял по одной простой причине: ему некому было писать и никто не желал писать ему. Оттого захотелось понаблюдать, как воочию выглядит такой обмен сообщениями. Послание было повернуто в сторону Цао Сяошэ, поэтому Юн Шэнь со своего места с трудом мог распознать текст, но интересовало его не столько содержание, сколько…

— Сяо Янь? – спросил он севшим голосом.

— Ах это… Мы так их называем. Обычно у чернильных духов нет имен – они им ни к чему, им и форму-то разную можно придавать в зависимости от случая. Но если вы когда-нибудь еще встретите чернильную ласточку, то можете быть уверены, что это наверняка послание от главы Юэлань. Только он так часто использует именно ласточек, – пояснил Цао Сяошэ, мельком глянув на свое плечо. Он цыкнул и принялся тереть то место, где остались черные пятна, попутно бормоча себе под нос: – И только у его чернильных духов крайне зловредный нрав.

Последняя фраза заставила Юн Шэня криво ухмыльнуться. В том, что у духов, принадлежавших Си Ину, дурной нрав, он и не сомневался. Все в своего хозяина.

Цао Сяошэ пробежался глазами по тексту послания.

— Хорошие новости! Глава уже прибыл из Запретного города и желает встретиться с вами!

Неприятное чувство свернулось в плотный клубок под ребрами Юн Шэня. Он не слишком желал этой встречи, пусть даже она и была необходима.