Книга Записки из бронзового века, страница 91 – Мефодий Отсюдов

В этот момент шамана видеть нужно было. Мне показалось, что он, как минимум, в тысячный раз за этот вечер пожалел, что сохранил мне жизнь и позволил в племени остаться.

У него на лице таки читалось: «Мама, роди меня обратно! Эксперимент вышел из под контроля, подопытный перехватил инициативу и метит на моё место!»

— Да не очкуй ты так, шаман, – похлопал я толмача по плечу. – Мы же компаньоны! Твоя партия основной будет, а я так, на подпевках побуду.

Поверил он мне или нет – я не понял. Вот в первый раз тут такое со мной получилось. До этого то я все эмоции аборигенов на раз-два на лицах читал, да и чего их читать то было, если они как дети малые – открытые и честные, а сейчас вот с шаманом не прокатило.

Может он от меня этому научился? Дурное то быстро перенимается. И само по себе.

Примерно об этом я и думал, топая к своей землянке. А как вошёл в хату, так меня ещё сильнее накрыло. День, что ли такой, погода или луна не в той фазе…

— И нафига я всё это затеял? Нафига попёрся в лидеры? Ещё и инициативничаю… Оно мне нужно? Главарь же – это не сплошные привилегии, а офигеть какая ответственность. Что тут, что в моём мире, – размышлял я, развалившись на шкуре и пялясь в еле трепыхающееся пламя дежурного костра.

Минут десять я самобичеванием занимался, а потом меня как по башке тюкнуло. Точнее, сначала натурально тюкнуло (с потолка комок земли отвалился и прямо мне по темечку), а потом и ответ пришёл.

— Самореализация, самостановление и всякая прочая лабуда. Вот что нами движет! Если более точно и образно, то возьми, хоть себя, хоть кого и внедри его в такой коллектив, где засланец будет самым умным или самым сильным, самым ловким и самым прошаренным. Вот ни один самый-самый не сдаст позиции. Инстинкт у него или ещё какая штука, а сработает и возьмёт он главенство в свои руки. Независимо от того, хотел он этого с самого начала или нет. Вот и у меня такая же петрушка получается, – делился я соображениями с костром, сидя перед ним на корточках.

И плевать мне было, что выглядел я в этот момент, как дебил. Для местных это было нормально. По их мнению, я с духами совет держал и помощь выпрашивал.

А мне просто выговориться нужно было. Без палева. Вот и накатило.

А как кончились слова, голова прояснилась, так показалось мне, что за спиной крылья от накатившего вдохновения шевелиться начали, в горы или в лес захотелось! Свернуть-то нужно что-то.

Но не успел я насладиться этим чувством, как второй вариант нарисовался.

— Тут я зачем оказался? Чтобы спасти этих дикарей. Сохранить ход истории, предотвратить непоправимое, – запульсировала в голове ещё одна мысль. И она мне показалась такой же логичной, как утренний моцион. И была она такой, с какой стороны не посмотри.

Крылья за спиной от таких теорий опустились, а груз ответственности опять вдавил меня в землю.

Но грусть не долгою была.

— А с другой стороны, абы кого не посылают человечество спасать, – ухмыльнулся я, вытаскивая самооценку из грязи. – И плевать, что знаний всяких мудрённых и технологий у меня нет, зато есть желание и язык подвешен. Прорвёмся! Да и если по чесноку, то тут я себя, как это принято говорить, нашёл. Раскрылся, самоутверждаться начал, – мотивировал я себя. – А значит, отступать некуда! Берём барабаны и дуем делать то, что лучше всего получается – народ развлекать и на подвиги ратные вдохновлять.