Книга Хозяйка Мертвой воды. Флакон 2: Пар, моторное масло и магия, страница 152 – Эдуард Поляков, Елена Баукина

Состоялось торжественное вручение главного приза в гонках, а именно подпись контракта между Империей Аркрум и Неджи Технолоджис. На ближайший год инженер-аслау становился монополистом поставок паромобилей и технических средств для нужд империи, что в условиях приближающейся войны, не просто исправляло финансовое положение Неджи Технолоджис но и грозило ему серьезными дивидендами.

Отгремели фанфары, толпа стихла, ожидая начало церемонии награждения Паж в золоченой мантии внес в императорскую ложу бархатную подушку с серебряным пером Вседержателя. Эту реликвию доставали из сокровищницы лишь пару раз в год, для подписания действительно важных документов, будь то пакт о мире или объявление войны.

Даже в свои десять зим император умудрялся смотреть на высокорослого аслау свысока. Не размениваясь на комплименты, юный император схватил с подушки реликвию и оставил на гербовой бумаге небрежный росчерк. Император Генрих пренебрёг речью, а посему, за него пришлось отдуваться королеве Марии. Умудренная длиной жизнью женщина, которая де факто и правила Империей, взошла на трибуну.

— От лица Венценосного императора Генриха IV, я, королева Мария, объявляю победителем сегодняшней гонки Нейджи Технолоджис, её основателя и главного инженера мистера Гелиота Хизара Рюу Нейджи, а также пилота мистера… — возникла небольшая заминка, Мария склонилась к Гелиоту и тот подсказал. Судя по реакции, имя пилота озадачило королеву, но Гелиот кивком подтвердил, что та не ослышалась. Неодобрительно взглянув на изобретателя, королева Мария продолжила — А так же, мастера-пилота мисс Диану Гелиот Софию Нейджи.

Волна ропота прокатилась по трибунам. Люди переспрашивали друг друга, в надежде что ослышались, недоуменно переглядывались и теперь ещё внимательнее смотрели на пьедестал победителя.

«Вот твой звездный час, Ди,» — мысленно улыбнулась Хельга, когда Диана сорвала с лица маску, сняла подшлемник и ласковый ветер растрепал её черные как смоль волосы. Диана торжествуя улыбалась под всполохи магниевых вспышек светографических аппаратов. Юная, хрупкая девушка с невинным лицом и дерзким взглядом. Своей победой она бросила вызов не только соперникам, но и всему патриархальному строю, заявляя своей победой, что женщина может водить парокар не хуже мужчин.

Трибуны ахнули, зароптали. Мужчины с гневом, женщины с восторгом и восхищением. Но Хельга оказалась права, процетировав Великую Императрицу Екатерину II «Победителей не судят». Никто не осмелился попросить победительницу с пьедестала, никто не обвинил ее в жульничестве, а значит, пусть и с зубным скрежетом, но другие пилоты признавали её победу.

Хрустальный штурвал — награда лучшего пилота, был великолепен и велик. Три дюжины фунтов горного хрусталя были своего рода метафорой о том, как хрупка жизнь пилота. Палантин с призом наградной на бархатной подушке несло четверо джентльменов в парадных пиджаках и высоких цилиндрах, с такими широкими полями, что они скрывали их лица.

* * *

Мэр столицы, граф Эрих Ллит, отец печально знакомого Хельге офицера Демиана Ллита, шагал за палантином. Слегка тучный, но не до конца растерявший молодецкую стать, виконт всем своим видом выражал неприязнь к победителю. Он был человек старых правил и с большей охотой отдал бы распоряжение выпороть нахалку вместе с её отцом. Однако, правила, традиции и прямой приказ королевы-регента обязывали.