Книга Яростные сердца, страница 114 – Алексей Пислегин

— Но, вы же… — у Иштары отпала челюсть, да и у Айки глаза округлились по пять рублей.

— Я соврал о том, как складывалась наша община, и соврал немало, — отозвался Тин, глядя своей ученице прямо в глаза. — И этого мы ещё коснёмся. Пока же… Я не знаю Светлой Кассинии, не слышал о ней никогда. Судя по прозвищу — она или маг, или жрица. Может быть, паладин. Но это не важно. Если твой отец действительно генерал Максимус Багряный Лев — это… Это объясняет многое.

— Этого не может быть, — Иштара опалила меня злобным взглядом. — Или вы врали нам и в этом, учитель?

Я молча взглянул на Тина, вопросительно подняв бровь.

— Про Льва я слышал ещё до Бунта, он действительно известная личность. А в изоляции хоть какие-то новости из внешнего мира к нам попадали только с Волнами. По крайней мере, пока мы не решили соблюдать нейтралитет.

— Что значит — «пока»? — теперь Иштара злобно уставилась уже на старика. Он её просто проигнорировал.

— Один из нефилимов самой первой Волны рассказал мне, что Максимус предал Небеса во второй раз. Когда пришли за его детьми, он воззвал к Пустоте и Использовал против посланников Системы Скверну. Только Скверна от его дома и осталась. Материализованная Скверна и сотни Пустотников. Максимус с детьми исчез. Сын и дочь, да… А про его жену я вовсе ничего не слышал. И было это тысячу лет назад, как раз вскоре после появления Системы и Ультиматума Предателям.

Я внутренне замер. Ну да, в глубине души уже понял, ЧЕМ была чёрная паутина, которую кастовал отец, но теперь получил подтверждение своим догадкам. И оно мне нихрена не понравилось.

Тин в очередной раз угадал мои мысли.

— Ваш отец жив?

— Я не знаю точно.

— Скверна страшна, и пусть и даёт силу, ведёт всегда к одному: к безумию. Чтобы не случилось, юноша, вы должны помнить об этом.

День шестой

Уровень 100

Статус: Потомок предателей

До Штурма тридцать пять дней

— Скверна страшна, и пусть и даёт силу, ведёт всегда к одному: к безумию, — Тин смотрел мне прямо в глаза. С сочувствием, и это меня раздражало. — Чтобы не случилось, юноша, вы должны помнить об этом.

ОЯ + 500

— Дела моей семьи касаются только меня, — отрезал я. — Разберусь сам.

Тин вздохнул — и просто молча пожал плечами. Иштара бросила на меня странный взгляд. Не понял, это жалость? Я только зубами скрипнул — и перевёл тему:

— Выходит, тысячу лет назад отец сбежал от Системы с другими детьми? Сколько ему лет вообще? И, выходит, у меня были брат и сестра?

— Не думаю, — отозвался Тин. — О других мирах известно мало, и причина у этого одна: проложить к ним путь могут или Боги и разумные с силой, близкой к божественной. Даже Багряный Лев не был настолько силён. Или — то, что само попадает в Эльтерий из другого мира: Пустота. Одно сказать я могу точно: миры существуют по разным законам, и даже время в них может течь не одинаково. Скорее всего, время в Эльтерии идёт в десятки раз быстрее. А вы с сестрой — те самые дети, которых Лев хотел спрятать.

Айка хихикнула, и мы все с удивлением уставились на неё. Девочка не смутилась:

— Старше Икара тут только дедушка.

Иштара фыркнула, Тин — улыбнулся, а я потрепал Айку по голове.

— А что ты хотела? Видишь: у меня тоже вся башка седая, — Айка хихикнула, а я повернулся к старику. — Ладно, кое что я понял. Что за двойные и тройные предательства? И нахрена Системе мы с сестрой и остальные нефилимы? Что за прикол вообще с Потомками предателей?