Книга Яростные сердца, страница 110 – Алексей Пислегин

Они же, по сути, не позволяли окончательно истребить монстров и дикие расы.

И, главное: любое существо в Эльтерии могло само стать богом. Те же природные духи могли стать Зверобогами. Прадед знакомого мне Уриуна, например — боевой жеребец местного бога войны.

Требовалось не только копить магическую силу, но и иметь искренне верящих в тебя последователей. Да, на это развитие уходили сотни лет, это было невероятно сложно — но возможность была. Теоретически.

Технически — боги к себе допускали развившихся чертовски редко, чаще же избавлялись от тех, кто им не нравился.

Местный Пантеон, к слову, был похож на греческий или скандинавский. Ну, в том плане, что божества тут — не всеобъемлющие сущности вроде христианского Бога, а вполне себе очеловеченные личности со своими силами и ограничениями.

Боги тут тоже могут умереть, могут родить детей, даже — стать калеками. Молодых богов, к слову, старые тоже сдерживают, толком не позволяя развиваться. Впрочем, размножались они не особо часто.

Служили им в первую очередь светлые альвы — можно сказать, мои предки.

Я только чуть поморщился, узнав, что происхожу из расы божественных шестёрок. Так себе информация, да.

Тин только хмыкнул, заметив это. Бросил:

— Мы почти пришли.

Но — вдруг замер на месте с каменным лицом.

— Иштара, — произнёс он холодно. — Присоединяйся к нам, раз уж пришла. Поможешь ввести нашего иномирного гостя в курс дел Небесного Острова.

Тин, ясное дело, переключился на Системный язык.

Что неприятно — я вообще не чувствовал присутствия посторонних. Ничего не видел, не слышал, даже подозрительных токов маны не заметил. Впрочем, тут, внутри Лийя-Кин, мана циркулировала очень странно, так что — ничего удивительного.

Иштара вышла из стены. Буквально — расступился мох, вспухло дерево, и сквозь него проступила сильфида. Секунду она напоминала деревянную статую в кожанной броне, но потом словно дымкой подёрнулась — и стала вполне себе мясной. Заработали крылышки, она взлетела — и поравнялась со мной и Тином.

— Значит, уже гость? — хмыкнула она. — Этот вторженец, нарушивший все основы нашего выживания?

— На минуточку: вторженец, спасший ваши крылатые жопы. И жопу вашего единорога. Или ты и дальше будешь делать вид, что ничего такого не было?

Она, видимо, решила делать вид, что меня тут вообще нет — смотрела только на Тина. Правда, сморщилась (к моему глубокому удовлетворению) так, будто кусок лимона откусила.

Это она ещё никак не может видеть, что мой уровень резко подскочил. Узнает — словит инсульт.

— Мы так близки! — это она почти выплюнула. — Какие-то сто, двести лет — и Уриун станет Зверобогом. Наша цель, то, ради чего мы жили — станет реальностью. Что с вами происходит, учитель? Вы сами, САМИ дали нам этот смысл. И готовы всё разрушить? Что будет с Островом, если Кровавый Король падёт? Дадут ли нам шанс псы Системы?

— Вот чем вы жили в своей изоляции? — хмыкнул я. Хотя, и ранее, под деревом, нечто похожее в их разговоре проскакивало. — Пока Волна за Волной умирали подростки, чтобы всё остановить. Чтобы освободить загнивающий от Скверны Остров. Растили своего бога? А дальше что?

— Не твоё дело, чужак! — прошипела Иштара. Ага, а как же холодный игнор? Я усмехнулся, глядя ей в глаза — у сильфиды чуть пар из ушей не повалил.