Книга Пехотинец Системы 7, страница 102 – ПолуЁж

— Разрушитель, — ответил я и дернул обе руки. — Но меня сегодня уже спрашивали об этом.

Топорщик полетел вперед, прямо на меня. Я ударил его лбом в лицо. Шлем треснул, его голова откинулась назад. Второй удар — правой рукой в грудь. Чешуя пробила доспех, ребра, легкие, сердце. Бог захрипел, захлебываясь кровью.

Вы убили бога Громира.

Мечник попытался отскочить, но я держал его клинок. Он бросил оружие и рванул назад, телепортируясь на несколько десятков метров. Умно. Но бессмысленно.

Я телепортировался следом. Появился рядом, когда он еще материализовывался. Я быстрее. Моя рука легла ему на затылок и толкнула вниз. Его лицо врезалось в землю с такой силой, что камни треснули. Я наступил ему на спину, придавливая к земле, и наклонился.

— Быстро было, — сказал я. — Но недостаточно.

Можно было не добивать, моё прикосновение — уже смерть, но Капля требовала другого.

Правая рука прошла сквозь его спину, находя сердце. Чешуя прожгла плоть, как кислота. Бог дернулся и затих.

Вы убили бога Кериса.

Тишина.

Я стоял среди пяти трупов, тяжело дыша. Левая рука была изрезана, кровь текла по пальцам, капая на землю. Бок горел от молний. Но я был жив. А они — нет.

Капля пела внутри, жадно поглощая божественные искры. Голод не исчез, но ослаб еще сильнее, и я почти не чувствовал его влияния на свой разум. Пять богов за несколько минут. Неплохой результат.

Чешуя на груди пульсировала, расползаясь дальше. Теперь она покрывала почти половину торса. Процесс ускорялся с каждым убийством. Скоро останется совсем мало участков незащищенной кожи.

Я поднял голову, чувствуя новые вспышки телепортации. Прекрасно, еда сама идет в пасть хищника.

Еще четверо.

Четыре фигуры стояли среди пепла и остывающих обломков, их силуэты четко выделялись на багровом фоне дымящихся руин. Я не удивился их появлению. После того как я вырезал девять богов за десять минут, было бы наивно думать, что никто больше не заявится посмотреть на представление.

Моя левая рука, рассеченная божественным клинком, продолжала кровоточить, пропитывая землю подо мной. Правая же, закованная в угольно-черную чешую Черной Капли, все еще слегка дымилась, остаточная энергия последнего убийства неохотно покидала ее.

Я узнал их сразу. Война, Чума, Голод и Смерть. Легендарная четверка, которая в разных мирах носила разные имена, но суть их оставалась неизменной. Классика жанра.

Боги-братья, которых я когда-то вытащил из их вечной грызни, спасая от забвения. Хитрецы, предпочевшие дожидаться конца света в уютном карманном измерении, полном вина и запретных развлечений. Помню, они обещали найти и прикончить меня, если наши пути снова пересекутся.

Что ж, вот он я. Я ждал. Если пришли драться — пусть начинают. Если говорить — пусть говорят. Мне было, по большому счету, все равно. Капля внутри меня была сыта и довольна. Так почему бы не поболтать, прежде чем отправить их вслед за остальными? Угрозы от них я не чувствовал, только затаенное любопытство и капельку страха. Они боялись меня.

Первым тишину нарушил Война. Облаченный в доспехи цвета крови, он шагнул вперед, и его громогласный хохот, больше похожий на ржание боевого коня, раскатился по руинам.

— А ты хорош, Разрушитель! Словно мух прихлопнул! — он с размаху хлопнул себя по закованному в латы бедру. — А ведь среди них была парочка, что нам крупно задолжала в былые времена!