Книга Мастер Рун. Книга 12, страница 88 – Артем Сластин, ПолуЁж

Практик махнул рукой, немного присел и ударил кулаком в пол. Звука практически не было, был только толчок, который я почувствовал сначала подошвами, потом коленями и потом всем телом. Волна этера, направленная в сторону врага, прошла через камень, как рябь по воде. И рябь эта несла в себе силу практика ступени каналов, пусть и покалеченного, но все равно стоящего на порядок выше всего, что было в моей армии.

Пол под ногами щитовых големов буквально заплясал. Каменные плиты, пролежавшие тысячи лет, лопнули и встали дыбом, как вскрытая земля. Как минимум шестеро щитовиков одновременно потеряли опору под ногами, несколько упали на спину, один завалился набок, остальные пошатнулись, разрывая строй. То, что происходило дальше, тоже было похоже на полный хаос и разрушение.

— Вперед! — заорал Рен, и колонна ринулась в брешь. — Убьем их всех!

Первый десяток, вооруженный электрическими копьями, врезался в развалившуюся баррикаду практически сразу. Копья сработали на двух устоявших, выжигая управляющие контуры. Остальных добивали обычными, вколачивая наконечники в стыки между каменными пластинами. Да с такой силой, что щитовики-големы, как наиболее крепкие среди патрульных, рассыпались на части от нескольких ударов.

А за баррикадой оказались не сотни, как я немного боялся, а всего лишь десятки обычных патрульных, которые явно не ожидали, что их стена рухнет за несколько секунд. Они даже не пытались перестроиться или сбиться в группу, когда Рен уже вел второй десяток во фланг, а третий ударил по центру. Резонанс копий работал как часы, слитный удар бил с удвоенной силой, и патрульные разваливались один за другим.

Я же шел следом, как повелитель тьмы. Мне осталось только зловеще хохотать, подняв руки вверх, потому что мои враги умирали передо мной, совершенно не причиняя вреда моим людям. Правда, выделываться я всё-таки не стал, да и убивать некого было, пусть парни порезвятся. Прошлый бой их немного напугал, несмотря на победу, я тоже это чувствовал. А здесь была воля и раздолье.

Враг оказался совершенно не готов к тому, что мы исполним и как это всё произойдет дальше. А это была, по сути, откровенная бойня. На всё про всё ушло, наверное, минут пять, не больше. Рен отчитался передо мной о том, что они завалили почти три десятка големов. В принципе, отличный результат. При этом всего двое легкораненых, и оба на ногах.

Тарн же сидел у стены, привалившись спиной к камню. Из носа у него густо шла кровь, а руки откровенно тряслись. Он был бледный настолько, что в свете рунных фонарей казался серым, но он широко и открыто улыбался так, как я ни разу не видел за время нашего знакомства.

А через клеймо от него шли эмоции, которых я совершенно не ожидал, не гордость даже и не облегчение, а благодарность за то, что он был заперт в теле, которое отказывалось работать как положено практику, и сегодня ему впервые за эти годы позволили быть тем, кем он мог бы стать до Ямы, настоящим практиком, сильнейшим бойцом и человеком, который может защитить тех, кто рядом.

— Живой? — спросил его я, присев рядом.

— Живой, — ответил он и вытер кровь рукавом. — Держит. Я чувствую, как канал пропускает этер. Левый боковой отработал полностью, практически без потерь. Корвин, то, что ты сделал с моим телом за эти сеансы, я думал, что уже никогда…