Книга Долг человечества. Том 3, страница 119 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

— Прости, не смогу. Мне нужен или труп, или что-то анатомически на него похожее. С руками и ногами, чтобы оно хотя бы могло передвигаться. — Подняла она на меня свой косящий взгляд, скрытый черной челкой.

— Некромантия?.. — Я сдвинул брови. — Пробовала?

— Не довелось. — Качнула она головой.

— А сделать что-то? Как ту же куклу, например. — Предположил я, постучав пальцем по подбородку в задумчивости.

— Пробовала, но эффективность так себе. Без своих инструментов, наполнителей, все получалось каким-то… убогим. Я бросила попытки. — Призналась она, и это было, наверное, самое честное и развернутое, что она рассказывала за все время нашего общения.

— Так, я понял. — Перевел я тему на следующий шаг. — Какой у тебя уровень?

— Первый. — Ответила она.

— Ясно, и, — я в очередной раз проговорил шаблонный дисклеймер, дабы не прослыть бестактным говнюком, — понимаю, что это не мое дело, но ты упомянула Полину. Она не смогла попасть сюда?

— Смогла. Она умерла на пятый день от инфекции. — Еще сильнее помрачнела и без того не шибко веселая Виолетта.

Я попросил подробностей, ведь все это могло оказаться потенциально очень важным, и девушка поделилась историей, хотя и была она довольно фрагментированной и обрывочной. Пройдя через портал, Виолетта и Полина, сотрудница продуктового супермаркета, с которой они по работе контактировали иногда и пили кофе в перерывах, оказались на полигоне сильно севернее нашей точки. Питались погибшим существом, похожим на земного оленя, только вместо носа у него были дыры в черепе, уходящие протоками куда-то вглубь головы. Мясо было довольно свежим, но тем не менее оставалось падалью. Охотиться девушки не могли, Виолетта из-за неудачного стартового навыка была полностью бесполезной, а Полина, повредив рассудок из-за всего на нее свалившегося, тронулась умом и почти перестала говорить.

Вскоре подруга Виолетты умерла, от голода начав есть сырое мясо, и оплакивая смерть единственного человека, с которым девушка пришла в этот мир, попалась сыщикам Барона. Она описала одного из них как крепкого мужчину с луком и без одного пальца. Обращались с девушкой плохо, частенько били за, как она выразилась «унылый взгляд», издевались, называя ее косоглазой, и однажды чуть было не утопили в корыте для свиней, ради шутки. Барон погнушался использовать ее как женщину из-за неприятной внешности, потому порой отдавал ее разгоряченным боями мужчинам для утоления их потребностей.

Еще Виолетта сказала, что ей, по большому счету, плевать, что с ней будет дальше, ведь хуже уже вряд ли может случиться, потому первым делом она уточнила, планирую ли я поступить с ней так же, как когда-то сделал Константин. Я отрицал подобное намерение, с ужасом осознавая, насколько сломанная «кукольный мастер» сейчас стоит передо мной. Мне стало понятно, почему она такая неразговорчивая, но когда рассказ она свой все же начала, был он длительным и описан во всех подробностях.

Я спросил о физическом состоянии девушки, и та посетовала, что помимо незалеченных травм после избиений и насилия, она подозревает у себя беременность. В реальности, там, на Земле, у нее остался ребенок, потому она, как мать, понимала сигналы своего организма, но до конца не была в этом уверена.

Моя мантия прилипла к спине, а руки пошли мелкой дрожью. Ком, застрявший в горле, царапался и никак не желал провалиться вглубь. Все, что я испытал от этого рассказа — шок, граничащий с фантастикой.