Книга Кодекс Практика: Страница 4, страница 32 – Артем Сластин, Игорь Маревский

Инструктор Ши мягко пустил мой кулак, уведя его вниз и отпустил.

— Вот это, — произнёс он громко, обращаясь к ученикам, — и есть сила. Не та, что даётся по праву рождения, и тем более не та, что покупается за отцовское золото. — Он обвёл рукой поле. — Вот сила одного, способного сокрушить неисчислимое число противников. Вот то, чему я пытаюсь вас научить. — Он помолчал, обводя взглядом учеников, стонущих от боли. — Не умению драться, а пониманию жизни. То, что вам всем давали с самого рождения — связи, деньги, ресурсы, это всё лишь костыли, воспитывающие в вас ложное чувство величия. Мир жесток, и истинная мощь есть лишь у обладателей таланта, которым воистину предначертано великое будущее, тогда как вы всегда будете ограничены порогом своего развития. На сегодня занятие окончено, все свободны.

Инструктор Ши качнул головой и пошёл прочь, но на полпути остановился и бросил через плечо:

— Новичок! Приведёшь себя в порядок, и завтра утром жду тебя здесь. Будешь учиться обращаться с этой зубочисткой, что таскаешь за спиной, против тех, кто действительно умеет это делать. Если выживешь — может, чему и научишься. Свободен.

Прекрасно понимая, что, по сути, моя жизнь зависит в первую очередь от умения владеть оружием, а не от умения вкусно готовить, варить пилюли или искать духовные растения в лесу, на тренировочное поле я явился ещё затемно. Где-то неподалёку, на конюшнях, перекликались янлоны, и их низкие, утробные голоса эхом разносились над пустынным ещё кампусом. Прекрасное время, когда вокруг нет ни души и большая часть людей спит и видит пятый сон. И любимое время для воров и разного рода тёмных личностей, любящих в это время проворачивать свои делишки.

Я, хоть к ним и не относился, тоже любил эти часы, когда никто тебя не побеспокоит и можно заниматься чем угодно, навёрстывая упущенные возможности. Вот и сейчас, решил немного позаниматься, вбивая движения с мечом в подкорку головного мозга.

Размялся сам, повторил базовые стойки, которые показал мастер Чэн, и, взяв Обезглавливатель в руки, принялся отрабатывать рубящие удары по одному из деревянных манекенов. Клинок, очищенный от ржавчины, и теперь на мой взгляд выглядящий просто невероятно красиво, со свистом рассекал утренний воздух, и я старался, чтобы каждое движение было точно выверено, фокусируясь на правильности ударов, раз за разом производя взмах, пока не появлялось ощущение того, что он стал идеален.

Причём Кодексом не пользовался, стараясь добиться того-же функционала самостоятельно. Я ведь прекрасно осознавал, что артефакт, пусть и внекатегорийного ранга — это всего лишь бездушная железяка. Безусловно полезная, но то, что она даёт, можно достичь и без её помощи.

Я же как-то обзавёлся личным духовным чутьём, причём не то, что не уступающим его функционалу, но и значительно превосходящим. Значит и с талантом обращения с оружием всё должно быть точно-так же. Я должен уметь самостоятельно драться и осваивать всё без помощи голограммы, подсвечивающей проблемные зоны.

Руководствуясь этим, и представляя, что передо мной не бездушная деревяшка, а живой, опасный противник, который только и ждёт, чтобы я совершил ошибку, атаковал манекен, не доводя удар до конца и останавливая его в миллиметре от дерева. Сделал выпад, и тут же ушёл в сторону, прикрывая корпус. Нанёс рубящий удар сверху, и тут же перенёс вес на заднюю ногу, готовясь к защите.