Книга Кодекс Практика: Страница 4, страница 147 – Артем Сластин, Игорь Маревский

К моему удивлению, я не умер. Парил себе в черноте, смотря на искорки. Они были такие красивые, мерцали, всеми цветами сразу. Между ними вспыхивали разряды, соединяющие друг друга, и они ширились, множились, их становилось всё больше, пока всё вокруг не превратилось в один безумный бушующий поток энергии.

И на меня снова накатили ощущения, будто я опять сгораю в пламени огня. Жар был такой, словно меня засунули в печь крематория и сразу выкрутили газовые форсунки на максимум.

Но парадоксальным было то, что я был жив и мог дышать. А значит у меня всё ещё был шанс разобраться во всём, что тут чёрт возьми происходит.

Я открыл глаза.

Потолок надо мной был мне знаком. Слишком уж хорошо знаком. Чёрный базальт, покрытый рунами, пульсирующими багровым светом. Долбаная комната пыток, в которой я провёл целый месяц, где меня расчленяли, резали, били, мучали, подавая это под соусом того, что мне нужно пройти через это для развития.

Я лежал в углы комнаты, куда в своё время откинул браслет Кодекса после того, как мне в первый раз отсекли ладонь, руны вокруг пульсировали, и каждая пульсация отдавалась в моём теле словно ударом тока. В меня вливались просто гигатонны энергии, которую я всем своим естеством так недавно отрицал. Мои недавно проросшие меридианы, и обычные, и те новые, которые появились благодаря воздействию Хаоса, растягивало, рвало, и заставляло срастаться снова, и снова, но уже гораздо вместительнее и прочнее.

— Что?.. Невозможно!.. Восстановился из одной кисти?

Голос хоть и был хриплым, но очень уж знакомым. Напрягая все силы, я повернул голову, и увидел его владельца.

Магистр Ши сидел в центре пентаграммы, скрестив ноги в позе медитации. Его тело было всё окутано чёрными жгутами тёмной ци: миллионы тонких щупалец тянулись от пентаграммы к нему, а он неё к потолку, уходя к поверхности земли, где продолжала бушевать энергия умирающего города.

Только вот всё больше и больше жгутов отцеплялись от магистра. Они рыскали вокруг, а потом цеплялись к моему телу, и чем ближе они были, тем прозрачнее становились, меня полярность и превращаясь в чистую энергию, которая впитывалась в мою кожу без остатка.

Снова воздействие поля хаоса, меняющего реальность одним своим присутствием?

Ши тем временем выглядел откровенно ужасно по сравнению с тем, каким я его запомнил.

Его лицо сильно осунулось, кожа висела на костях, обтягивая череп, глаза ввалились, под ними залегли чёрные тени. Волосы, которые он всегда брил наголо, теперь росли неровными седыми клочьями. Сущий старик, непонят как ещё цепляющийся за жизнь. Тёмная ци, которую он впитывал, старила его, и убивала, но он предпочитал не замечать этого.

— Нет!

Он закричал, пытаясь подняться, но ноги не слушались, и он снова рухнул на каменный пол, опираясь на дрожащие руки.

— Это моя энергия! Сотни лет подготовки и миллионы жертв! Ты не имеешь права забирать моё!

Я не понимал, о чём он говорит. Слова долетали до моего сознания с трудом, пробиваясь сквозь боль и бешеный поток энергии, вливающейся в моё тело. Я чувствовал только одно: что-то внутри меня меняется. Сама структура моего существа перестраивалась на ходу, подстраиваясь под новые условия, адаптируясь к энергии, которую не должен был поглощать ни один человек.