Книга Кодекс Практика: Страница 4, страница 105 – Артем Сластин, Игорь Маревский

Зал совета находился в самом сердце Академии, в башне, которую не затронула даже недавняя битва. Высокие потолки терялись в полумраке сквозь которые угадывались изображения древних сражений, а стены были покрыты фресками, с лицами основателей Академии. Ровно семь человек, которые несколько тысяч лет назад объединили разрозненные секты провинции под знаменем круга У-Син. Их лица, выписанные скупыми, но точными мазками, смотрели на входящих с высоты, и сказалось, что в их глазах застыло презрение.

В центре зала стоял массивный каменный круг, изображающий круг пяти стихий. От него исходило слабое и едва заметное свечение, что создавало ощущение, будто древняя формация всё ещё работала и впитывала энергию.

Магистр Чэн и магистр Ши стояли перед этим кругом, не решаясь сесть на скамьи. Сотни лет, они занимали места членов совета Академии, но в этот раз произошло нечто из ряда вон выходящее, что заставило появится Голову Дракона.

Причём стояли они в грязной и разорванной одежде, с запёкшейся кровью на лицах и руках. Им даже не предложили сменить ханьфу и предстать перед Головой Дракона в подобающем виде и приволокли в зал совета, словно провинившихся мальчишек. Было в этом нечто намеренное, нечто унижающее их достоинство, ещё до того, как появился главный виновник.

— Ну и долго нам ещё ждать? — Буркнул Ши, скрестив руки на груди. Его левая конечность, отрубленная в битве, давно отросла заново, оставив на коже, в месте сруба ещё один белесый шрам. Причём он мог с лёгкостью избавиться от него, но по своим внутренним убеждениям оставлял их, гордясь отметинами и тем, что кто-то сумел пустить ему кровь.

Чэн не ответил. Он смотрели на фрески и думал о том, сколько лет прошло с тех пор, как он впервые погрузился в тёмные тайны Академии. Ему была понятна решимость соратника, вот только ему бы лучше притушить своё самолюбие и пылкий характер, особенно перед встречей с Головой Дракона, если не хочет снова…

Его мысли прервал громкий звук. Дверь в дальнем конце зала открылась, и в помещение вошёл старик.

Он был высоким, сутулым, с длинной седой бородой, которая касалась пола. Под белоснежным халатом, человек носил тёмное ханьфу с едва различимыми знаками отличия совета Академии. Он шёл медленно, скрывая глаза под густыми, даже мочалистыми бровями, опираясь на массивную палку, будто выточенную из цельного ствола дерева.

Со стороны могло показаться, будто каждое движение давалось ему с трудом, а сморщенное и покрытое россыпью родимых пятен лицо человека, намекало на его истинный возраст. Любой бы на месте Чэна или Ши, либо склонился в почтенном поклоне перед стариком, либо попробовал ему помочь сесть, однако вместо этого, оба магистра стояли по струнке и ощущали нарастающее давление.

Ведь от старика действительно исходила сила. Если в присутствии Чэна, многие люди описывали его ауру, как леденящую, а Ши славился тем, что заставлял людей падать на колени под весом, давящим на плечи, человек, носивший титул Голова Дракона, пронзал сердце насквозь. Одновременно у двух магистров в груди образовалась гнетущая чёрная дыра, всасывающая всё, что можно было назвать человечностью. От такого чувства инстинктивно хотелось схватиться за сердце и попробовать уползти куда-нибудь в угол, но они не дрогнули.