Книга Песнь Перна, страница 93 – Энн Маккефри

* * *

Арфист Эльгион от души наслаждался пиршеством. До сегодняшнего вечера он по-настоящему не подозревал, какая скучища – жизнь в Полукруглом. Конечно, Янус – неплохой человек и отличный морской холдер, если судить по тому уважению, которое питают к нему моряки. Но пожалуй, главный его талант – лишать окружающих малейшей радости.

Днем, наблюдая, как мальчики проводят Запечатление с драконами, Эльгион твердо решил: он во что бы то ни стало отыщет кладку файров. Это хоть как-то скрасит его тоскливую жизнь в Полукруглом. И уж он позаботится, чтобы Алеми тоже получил яйцо. От сидевших рядом всадников арфист услышал, что те яйца, которые сегодня вечером обретут своих счастливых владельцев, Т’геллан нашел на побережье в окрестностях Полукруглого. Эльгион и сам собирался перекинуться с ним словом, но утром, когда бронзовый всадник забирал его в Бенден, у него уже было двое пассажиров, так что с разговором пришлось повременить. А после Запечатления Т’геллан больше не попадался ему на глаза. Ну да ладно, случай наверняка еще представится.

Тут бенденский арфист Охаран позвал Эльгиона поиграть вместе с ним на гитаре для развлечения гостей.

Эльгион как раз заканчивал вместе с Охараном и другими прибывшими на праздник арфистами очередную мелодию, когда заметил Т’геллана, который помогал какому-то ремесленнику забираться на зеленого дракона. И тут юноша осознал, что гости начинают разъезжаться. Долгожданный праздник подходит к концу. Нужно успеть переговорить с Т’гелланом, а потом и с мастером-арфистом.

— Можно тебя на минутку, приятель? – обратился он к бронзовому всаднику.

— А, Эльгион! Давай-ка пропустим по стаканчику, а то у меня от разговоров в горле совсем пересохло. Этих дуралеев ничем не проймешь. Им и файры не помогут.

— Я слышал, что ты нашел кладку. Не в той ли пещере у Драконьих камней?

— Нет, дальше по берегу.

— Так, значит, там ничего не оказалось? – В голосе Эльгиона прозвучало столь явное разочарование, что всадник пристально взглянул на него.

— Смотря что ты ожидал там найти. А что еще, по-твоему, могло найтись в той пещере, если не яйца?

На миг арфист заколебался: не предаст ли он доверие Алеми, если скажет? Но в конце концов, здесь затронута честь его ремесла – должен же он узнать, действительно ли звуки, которые ему тогда послышались, были напевом свирели.

— В тот самый день, когда мы с Алеми заметили с лодки пещеру, мне совершенно явственно показалось – я мог бы в этом поклясться, – что над морем разносились звуки свирели. Но Алеми уверял меня, что это ветер свистит в пустотах скал, хотя ветра тогда почти не было.

— Он ошибся, – возразил Т’геллан, решив поддразнить арфиста, – ты действительно слышал голос свирели. Я нашел ее, когда обыскивал пещеру.

— Ты нашел свирель? А где же тот, кто на ней играл?

— Может быть, присядешь? Что это ты так разволновался?

— Так где же музыкант?

— Да здесь, здесь, в Бендене!

Эльгион опустился на скамью; вид у него был такой несчастный и разочарованный, что Т’геллан счел за лучшее воздержаться от дальнейших шуток.

— Помнишь день, когда мы спасли тебя от Нитей? Тогда Т’гран тоже кое-кого привез.

— Того паренька?

— Оказалось, что это вовсе не паренек, а девочка, Менолли. Она жила в той пещере… Да что это с тобой?