Онлайн книга «Песнь Перна»
|
— Не беспокойтесь, уж Фелессан-то обязательно справится, – заявил подошедший к их столу всадник. За ним следовали еще двое. – Никак, Менолли, ты сегодня заведуешь котлами? — Привет, Т’геллан, – лукаво улыбнулась Менолли, наливая бронзовому всаднику кла. — А ты как поживаешь, Сибелл? – продолжал Т’геллан, усаживаясь на скамью и приглашая своих спутников сесть рядом. — Бремя ответственности давит, – проговорил Сибелл страдальческим тоном, подозрительно напоминающим голос Миррим. – Нам поручено расставить столы. Давай-ка, Пьемур, приниматься за дело, пока нам не досталось черпаком от нашей хозяйки. Менолли так горячо защищала свою подружку, что Пьемур продолжал приглядываться к странной девушке, пока они с Сибеллом возились со столами. Он видел, как Миррим мечется от одной печи к другой: там поможет подготовить птицу к жарке, тут – насадить тушу на вертел. Вот она отправила одну группу подростков чистить коренья и клубни, другую – накрывать на столы. В конце концов Пьемур решил, что она не так уж преувеличивает тяжесть своих обязанностей. Тем временем Менолли тоже хлопотала – кормила завтраком всадников и их заспанных пассажиров, которых вытащили из теплых постелей ради предстоящего Рождения. Сибелл с Пьемуром как раз установили последний стол, когда до их ушей донесся приглушенный гул. Тотчас же в пещеру вернулись файры, и их возбужденное чириканье зазвучало причудливым аккомпанементом низкому гудению драконов. К плите вернулась запыхавшаяся Миррим, на ходу снимая передник и отряхивая с юбки капли воды. — Скорее! Охаран обещал занять нам места, – крикнула она, бегом устремляясь через Чашу Вейра. Бенденский арфист сохранил их места прямо над площадкой Рождений незанятыми, хотя, по его словам, ему пришлось выдержать не один бой с лордами и цеховыми мастерами. И Пьемур отлично понимал почему: места были просто отличные – на втором ярусе, неподалеку от входа; с них открывался отличный вид на всю площадку. На этот раз королевского яйца в кладке не было, и Рамот’а стояла сбоку, под карнизом, на котором заняли свои места предводители Вейра. Золотая королева то и дело оглядывалась на свою госпожу, будто ища у нее поддержки. «А может быть, и утешения, – подумалось Пьемуру, – ведь совсем скоро ей придется распроститься с яйцами, о которых она так долго заботилась». Эта мысль позабавила паренька: раньше ему никогда не приходило в голову, что у главной королевы бенденских драконов могут быть материнские чувства. Да уж, огромная Рамот’а, которая, грозно сверкая желтыми глазами, беспокойно переступала с ноги на ногу и шелестела крыльями, ничем не напоминала самок бегунов или мясных животных, нежно опекающих свое потомство. Краем глаза Пьемур увидел, как у входа на площадку Рождений мелькнуло что-то белое, и устремил все внимание туда. К яйцам приближались претенденты. Их белые туники развевал легкий утренний ветерок. Пьемур чуть не рассмеялся: ступив на раскаленный песок, мальчики стали смешно перебирать ногами. Подойдя к кладке, они выстроились полукругом позади слегка покачивающихся яиц. Рамот’а предостерегающе заворчала, но мальчики и глазом не моргнули. Правда, от взора Пьемура все же не укрылось, что ближайшие к королеве на всякий случай отодвинулись. По залу пронесся взволнованный шум – одно из яиц закачалось сильнее. Внезапный треск скорлупы, казалось, эхом отразился от сводчатого потолка высоченной пещеры, и сидящие на верхних карнизах драконы загудели еще громче, поддерживая рождающихся малышей. Рождение началось. Пьемур не знал, куда ему смотреть: наблюдать за зрителями было не менее интересно, чем за самим Рождением. Лица всадников мягко лучились – они вспоминали волшебные мгновения, когда сами, запечатлев новорожденного дракончика, неразрывно сплетясь с ним мыслями, обрели себе друга на всю жизнь. На лицах других зрителей – родственников и гостей претендентов – застыли надежда и нетерпение: затаив дыхание, они ожидали мгновения, когда новорожденный выберет или отвергнет их мальчугана. Уважительно притихшие файры внимательно следили за ходом событий, рассевшись на плечах хозяев. Глядя на них, Пьемур, который не смел и надеяться, что ему когда-нибудь доведется запечатлеть дракона, вспомнил о своей заветной мечте: может быть, ему все же повезет и в один прекрасный день он станет обладателем огненной ящерицы! Интересно, помнит ли Менолли о своем обещании? И представится ли ему случай напомнить ей о нем… |