Книга Песнь Перна, страница 105 – Энн Маккефри

— Милашки, милашки! Все – милашки! – ликовал Камо, вертя головой из стороны в сторону стараясь увидеть всех файров сразу.

И вдруг застыл неподвижно – обе Тетушки уселись ему на руки и принялись хватать кусочки прямо из миски. Дядюшка, вцепившись коготками в куртку Камо и упираясь крылом ему в шею, старался урвать свою долю. Рыжик, Кривляка и Лентяй, устроившись рядом на плечах у Камо и Менолли, дожидались своей очереди, пока Менолли старалась разделить мясо поровну.

Смущенная дурными манерами своих питомцев, девочка была искренне благодарна Камо – все так же добродушно ухмыляясь, он помогал ей кормить ящериц. Вдруг до девочки дошло, что на кухне уже давно воцарилась тишина: все наблюдали за представлением. Она вся сжалась, ожидая сердитого окрика Сильвины, призывающей Камо вернуться к своим делам, но с кухни доносилось только приглушенное шушуканье.

— Сколько их у нее? – послышался чей-то отчетливый шепот.

— Девять, – невозмутимо отозвалась Сильвина. – Так что, когда родятся те двое, которых получил Робинтон, в Доме арфистов будет одиннадцать.

В ее голосе звучала явная гордость. Послышался одобрительный гул голосов.

— Смотри-ка, Абуна, тесто уже подошло, пора приниматься за дело, – напомнила Сильвина.

Тем временем файры очистили всю миску. Камо растерянно таращился на пустое дно:

— Пусто! Милашки не наелись?

— Что ты, Камо! Им хватило с избытком – видишь, как животы раздулись? А теперь ступай к Сильвине. Иди, Камо, тебя ждет Сильвина.

Следуя примеру женщины, Менолли развернула дурачка лицом к ступенькам и легонько подтолкнула в спину.

Попивая крепкий горячий кла, девочка задумалась: почему Сильвина так подчеркнуто ласкова и внимательна к ней? Уж не показное ли все это? Но потом устыдилась своих подозрений – да нет, просто она добрая, заботливая душа, взять хотя бы, как она обходится с дурачком Камо, с каким бесконечным терпением сносит его промахи. Судя по всему, Сильвина здесь выполняет обязанности главной хозяйки и, как и властная Манора из Бендена, пользуется большим влиянием. Если Сильвина ее примет, остальные последуют ее примеру.

Нежась в лучах теплого солнца, Менолли начала успокаиваться. Всю ночь ее мучили тревожные сны, и, хотя теперь, в ярком свете дня, она не могла припомнить подробности, осталось общее чувство тоски и беспомощности. Сильвине почти удалось прогнать мучившие девочку опасения. Да и Т’геллан не раз говорил ей: арфистов не надо бояться… Где-то на другой стороне двора звонкие юные голоса дружно грянули древнее сказание, которое разучивали раньше утром. Мощный звук вспугнул задремавших было файров, и они взмыли в воздух, но Менолли быстро успокоила их, и они снова расселись по местам.

И вдруг над двором полилась нежная трель, красиво оттеняя более низкие голоса поющих школяров. Красотка! К ней присоединились Крепыш с Нырком: крылья раскинуты, горлышки раздуваются, глаза полузакрыты, как у заправских певцов. Кривляка с Рыжиком слетели с карниза и тоже принялись подпевать. Правда, Лентяй по обыкновению не стал себя утруждать, да и обе Тетушки с синим Дядюшкой, которые всегда пели без особого увлечения, на этот раз предпочли слушать, склонив головки, поблескивая выпуклыми глазами. Зато пятеро певцов, приподнявшись на задних лапках, старались вовсю, наполняя воздух высокими чистыми руладами.