Книга Зачарованная река, страница 55 – Ребекка Росс

Она снова встретилась с ним взглядом. С востока дунул холодный сухой ветер, и волосы Адайры взметнулись и спутались, как серебряная сеть. Джек почувствовал исходящий от них аромат лаванды и меда.

Юноша подумал, что хотел бы увидеть в ней эти тени. Ведь он чувствовал свои собственные, проникшие ему под кожу и слишком долго танцевавшие в одиночестве.

— Где я могу поговорить с тобой наедине? – спросила она.

Джек знал, что она имела в виду ветер. Что бы она ни собиралась ему сказать, девушка не хотела, чтобы ветер разнес ее слова. Джек перевел взгляд на холм, где стоял дом Мирин. Он мог бы пригласить Адайру в свою комнату, но ему казалось, что это будет не совсем уместно, поскольку Мирин и Фрей находились на кухне. Но потом ему пришла в голову идея получше, и он жестом пригласил Адайру следовать за ним вверх по холму.

Он привел ее в амбар – круглое каменное здание с соломенной крышей, где хранились запасы Мирин на зиму. В помещении пахло пылью, зерном и сушеными травами. Они с Адайрой стояли лицом к лицу в полумраке.

— Вы искали девочку? – спросил Джек.

Адайра вздохнула, прикрыв глаза.

— Да.

— Есть ли какие-нибудь следы?

— Нет, Джек.

— Я беспокоюсь за Фрей, – выпалил он.

Лицо Адайры смягчилось.

— Ты готов сыграть сегодня вечером, как мы и планировали?

Джек кивнул, хотя его сердце учащенно забилось в предвкушении. В его памяти всплыли сны, которые он видел прошлой ночью. Он посмотрел на Адайру и подумал: «Мне снилось, как я тону в объятиях духов. Что, если твоя судьба переплетена с моей?»

— Что такое? – хрипло прошептала она.

Ему стало интересно, что она увидела в его глазах, и он отвернулся, покачав головой.

— Ничего. Я готов настолько, насколько это вообще возможно, учитывая, что в последнее время я больше житель Большой земли, чем острова.

Адайра прикусила губу. Джек почувствовал, что у нее есть что возразить на его замечание.

— В чем дело, наследница?

— Ты кое-что сказал мне на днях, Джек,– начала она.– Ты сказал: «Это место никогда не было мне домом».

Джек подавил стон. Ему не хотелось говорить об этом, и он провел рукой по волосам.

— Да. И что с того?

Она молчала, изучая его лицо, как будто никогда не видела его раньше.

— Ты действительно веришь в эти слова? Ты искренне считаешь своим домом Большую землю?

— У меня не было другого выбора, кроме как сделать ее своим домом, – ответил юноша. – Ты знаешь это так же хорошо, как и все остальные в клане. Мой безымянный отец никогда не заявлял на меня права, и больше всего на свете я хотел принадлежать хоть какому-нибудь месту.

— А тебе не приходило в голову, что мы ждем твоего возвращения, Джек? Думал ли ты когда-нибудь о нас? О том, что мы, возможно, очень бы хотели, чтоб ты вернулся и снова наполнил наши залы музыкой?

Ее слова взбудоражили кровь, и это испугало Джека. Он нахмурился, вздрогнул, словно от холода, когда снова посмотрел на девушку.

— Нет. Я никогда так не думал. Я считал, что клан был рад избавиться от меня.

— Значит, мы тебя подвели, – вздохнула Адайра. – И за это я прошу прощения.

Джек переступил с ноги на ногу. Его мучил вопрос. Он не хотел его озвучивать, но держать его в себе вскоре стало невыносимо. И тогда он спросил:

— Ты знаешь, почему твои родители отправили меня на Большую землю? Из всех детей, которым можно было дать шанс… почему именно я?